Это случится не завтра

Ева боковым зрением видит, как Ланс рассматривает сапфировое ожерелье и серьги-подвески. Продавщицы не сводят с него скептических взглядов, и он подмигивает одной из них. Господи Иисусе! – думает Ева.

– Да, я запомнила ее, – отвечает женщина. – Лет двадцать семь или двадцать восемь. Темные волосы. Весьма привлекательная. Платила наличными, для русских – обычное дело.

– Сколько стоил браслет?

– Она не хотела прикасаться к браслету. А когда я завернула его и положила в пакет, она попросила, чтобы я убрала его в еще один пакет.

– Вы уверены, что она русская?

– Со своей спутницей она говорила по-русски.

– Да, синьора. Я слышу этот язык ежедневно.

– Можете описать спутницу?

– Ее возраста. Немного выше. Короткие светлые волосы. Физически сильная. Похожа на пловчиху или теннисистку.

– У вас сохранилась запись с камер?

– Я обязательно посмотрю и, если оставите электронный адрес, вышлю все, что у нас есть. Но с момента покупки прошел уже месяц, и я не уверена, что записи сохранились.

– Понимаю. Но будем надеяться.

Ева беседует с управляющей еще минут пять, потом оставляет ей один из имейлов офиса на Гудж-стрит и благодарит.

– Этот браслет, синьора, – он бы вам очень пошел.

Когда они выходят на улицу под проливной дождь, Ева поворачивается к Лансу.

– Что за херню ты там изображал? Боже! Вот стою я, пытаюсь получить от этой женщины ответы, а тут же рядом стоишь ты и канаешь под Бенни Хилла… Блин, Ланс, ты вправду думал, что это поможет делу?

Он поднимает воротник.

– Вот и «Цуккетти».

Пастицерия – одурманивающее место, где воздух теплый от аромата выпечки, а прилавок ломится от обсыпанного сахарной пылью печенья, золотых рулетов и бриошей, меренг, макарони и кусков мильфея.

– Итак, – произносит Ева через пять минут. Настроение у нее несколько поднялось после тарелочки печенья галани и лучшего капучино в ее жизни.

Ланс наклоняется над крошечным столиком.

– Женщина, которая была с В. в ювелирном, почти наверняка ее любовница. Или по меньшей мере одна из.

Ева смотрит на него с изумлением.

– Когда мне удалось убедить продавщиц, что я безмозглый идиот, который ни слова не понимает по-итальянски, они стали болтать между собой. Они все запомнили В. и ее подругу. Одна из них, по имени Бьянка, говорит по-русски и обычно обслуживает русских клиентов, но В. тогда обслуживала не она, поскольку В. превосходно говорит и по-английски, поэтому ею занималась твоя подруга Джованна.

– Так-так, продолжай.