Это случится не завтра

Если кто-то и может пролить свет на фигуру вроде Орлова, то только он. И нам уже никуда не деться от того факта, что все указывает на Россию. Рано или поздно придется туда ехать.

– Совсем другой разговор. Настоящая разведработа, старая школа.

– В это время года там холодно, – говорит Билли. – У меня от снега разыграется астма.

– Тебе понравится в Москве, приятель. Это как раз для тебя.

– Она битком набита гиками и металлистами.

– Я на самом деле никогда не был за границей. Мама не пускает.

– Ни разу? – спрашивает Ева.

– Ну, однажды меня хотели отправить в американскую тюрьму, но не сложилось.

– А что там случилось? – спрашивает Ева. – Я читала материалы дела, но…

Вместо ответа Билли закатывает рукав футболки. На пухлом плече – татуировка: пять черных точек, выстроенных в виде решетки.

– Чё за херня? – спрашивает Ланс.

Ева всматривается в тату.

– Вообще не представляю, что это такое.

– Это хакерская эмблема. В семнадцать лет я входил в одну группу. Мы никогда не встречались лично, общались только в Сети.

У нас были довольно продвинутые программные средства, и мы взламывали все, что могли, особенно любили американские правительственные и корпоративные сайты. Но занимались этим не потому, что мы анархисты там или еще кто-нибудь в этом роде, а просто тащились от риска. У нас был неформальный лидер под ником La-Z-boi, который указывал, какие сайты ломать – в основном иностранных правительственных контор. До сих пор не пойму, как мы его не вычислили, ведь это было так очевидно. В общем, La-Z-boi работал на ФБР и в итоге нас сдал. Все отправились за решетку, кроме меня.

– А ты почему не попал?

– Несовершеннолетний.

– И что было дальше?

– Отпустили на поруки. Обязали жить дома с мамой (я и без того там жил), ввели комендантский час, запретили выходить в интернет.

– И тут заявляются люди из МИ-6? – спрашивает Ева.

– Свяжись с Ричардом. Организуй нам встречу в надежном месте. Надо узнать об Орлове как можно больше.

Работа прислугой, конечно, лишь средство для достижения цели, но Вилланель от этого не легче.

Они с Марией и Иоганной должны вставать в полседьмого утра, потом на кухне на скорую руку завтракать кофе и бутербродами с сыром, потом чистить пылесосом общие помещения отеля. После этого – утренняя уборка.

В «Фельснаделе» двадцать четыре номера, и восемь из них лежат на Вилланель. Уборку надо начинать с самого дальнего от двери угла комнаты, чтобы ни единая деталь не оказалась упущенной.