Эволюция «Андромеды»

– Мы – военные, а военные все помнят. Мы даже помним, как русские победили Наполеона, когда в 1812 году он со своей великой армией вторгся в Москву.

Робот молча смотрел в глаза генералу, не выказывая эмоций. Стерн моргнул первым.

– Они все сожгли, доктор Клайн, – продолжил он, понизив голос. – Они разрушили собственные дома, чтобы изгнать врага. Без крова французские войска замерзли. Изголодались без еды.

– Как и русские крестьяне, – напомнила Клайн. – Генерал, я правильно понимаю, что вы предлагаете «тактику выжженной земли»? Вы хотите испепелить все вокруг аномалии, обработать землю раствором ингибитора, после чего сузить круг и повторить.

– Быстро соображаете, – похвалил Стерн. – Хотите верьте, хотите нет, но ВВС США до сих пор производят напалм, и работает он ничуть не хуже, чем раньше.

– Это международное решение? Все страны согласны?

– Какой части человечества? Взрыв повлечет за собой исчезновение коренных культур, с которыми мы намеренно не вступали в контакт. Сколько же, по-вашему, стоит их жизнь?

– Хотел бы я поговорить об этике, доктор Клайн, но я здесь не за этим.

Мне нужна ваша экспертная оценка. Это последний шанс, Софи. Если вы знаете иной способ сдерживания штамма «Андромеды», я вас внимательно выслушаю.

Выпрямившись в полный рост, «Робонавт» молча направил на генерала оба своих объектива. Стерн, заметив раздраженный взгляд машины, отворачиваться не стал.

Генерал Стерн медленно выдохнул.

– Приму совет к сведению.

Под необъятным навесом листвы окружающий мир казался мрачным, неуютным.

Команда «Лесной пожар», груженная тем багажом, который раньше переносили индейцы, изо всех сил старалась не отставать от шустрого Тупы. Мальчик прокладывал путь вдоль грязной, быстро высыхающей реки – или «мертвой», как переводил дрон.

Хотя ребенок и двигался с присущей местному жителю уверенностью, его маршрут нельзя было найти ни на одной карте. Почти восемь часов подряд в сопровождении жужжащей стайки дронов Тупа уверенно вышагивал впереди в приглушенных солнечных лучах.

Остальная часть команды с трудом поспевала за ним, пытаясь удержаться на мягком берегу. Вокруг, заслоняя небо, вздымались однородные колонны-стволы. Рыжая грязь прилипала к ботинкам и брюкам, и вскоре брызги приобрели отвратительный вид засохшей крови.

Команда разговаривала мало – высокий темп ходьбы забирал последние силы. Звук хлюпающей обуви и шуршание листвы перемежались случайным падением далекого дерева или журчанием воды, обтекающей неведомое препятствие.