Тем же вечером я подписал необходимые бумаги, Нина показала новую запись в трудовой. Зарплата упала в шесть раз. Вернее, официальная зарплата. Остальные деньги я теперь получаю в белом конверте. Кому рассказать – умереть со смеху можно. Уборщик, одновременно являющийся психом со справкой, неофициально следит за безопасностью целого направления разработки, отвечающего за программное обеспечение в сети крупнейших супермаркетов города, а скоро и в некоторых банках. Бойтесь стартапов, пользователи!
Это небольшое признание, доверие, если хотите, придаёт сил.
Пока Александр в отпуске, я занимаюсь администрированием компьютеров компании в одиночестве, частенько вечерами задерживаюсь на работе, приводя в порядок домашние ноутбуки членов семьи Сергея, что неофициально входит в обязанности Александра. Хочу заметить, что, несмотря на теперь непрекращающийся ни на час шум прибоя в моей голове, я ни разу за этот месяц не напортачил, хотя и под конец устал как лошадь, да и эхо стало повторять за мной слова чаще, чем я привык.
– Вдох и выдох, – говорю я, заглядывая Але в глаза. – Ты торопишься. Делай так, как я говорю. Медленный вдох и медленный выдох.
Телефон на её столе трезвонит не переставая, на экране мигает номер Веры Анатольевны.
– Аля, вдох-выдох. Аля!
– Да-да, я пытаюсь.
– Если ты меня не послушаешься, этой ночью будет так же, как и прошлой, но в этот раз я не сжалюсь на твои мольбы. Я не шучу.
– Да-да, я поняла, – повторяет она. Прикрывает глаза, расслабляет плечи, глубоко вдыхает, затем выдыхает.
– Молодец. Теперь отвечай на звонок. И помни, что все условия договора с нашей стороны выполняются в срок.
Аля кивает и прикладывает трубку к уху. Она ведь опять пыталась нервничать несколько дней назад. Пришла домой злая, не хотела со мной разговаривать, фыркала и отворачивалась. Неудачно уронила на пол блюдце, после чего полчаса рыдала над осколками, не поддаваясь ни на какие уговоры. В такие моменты я знакомлю её, скажем так, с элементами антуража российских психбольниц.
Экскурсию провожу, бесы в моей голове. Прошлой ночью я до четырёх утра не разрешал погасить яркий свет в спальне, как часто делают в психбольницах. Хорошенько отдохнуть в таких условиях физически невозможно, хотя, кто говорил об отдыхе? Очень часто основная цель наших клиник заключается в том, чтобы свести с ума тех, кто по каким-то причинам не успел до конца сделать это самостоятельно на свободе.
