Пусть небеса хранят ту девушку, что вляпается в брак с вами.
Смело встретила его взгляд, полный злости. Нет, скорее раздражения.
– Тебе, Алевтина, стоит следить не только за руками, но и за языком, – процедил он.
– Мой язык не ваша забота, – снова съязвила, – у меня хватит мозгов обходить вашу напыщенную персону десятой дорогой.
– Вот это правильно. А лучше – тридцатой.
– Запросто! Ваше желание будет исполнено с превеликим удовольствием.
Промолчал.
Поднявшись по лестнице, он постоял несколько секунд и пнул тяжелую дубовую дверь.
Она неожиданно отворилась сама.
Мы вошли в этот дворец, и я окончательно лишилась дара речи. Все такое шикарное, даже дышать страшно. Диваны, обитые цветной тканью, на резных ножках. Изящные низкие столики. На окнах трехъярусные шторы, которые я до этого только на картинках и видела.
– Эмес! – раздался грозный рык со второго этажа.
На верхней ступеньке лестницы стояла милейшая старушка в простеньком платье в клеточку. Только это не могло обмануть, было в ней что-то такое, внушающее уважение.
Она напомнила мне мою учительницу по русскому языку. Такая же щупленькая, с пучком седых волос, но, когда она входила в класс, все вскакивали с мест и вытягивались в струнку. Даже заядлое хулиганье признавало ее авторитет.
– Как это понимать, внук? – пожилая женщина медленно спустилась, придерживаясь одной рукой за перила. – Тебе же было сказано сделать все как можно деликатнее. А что я вижу!
– Что ты видишь, бабушка?
Противный Эмес подкинул меня на руках, а потом усадил в глубокое кресло.
Боком. Мои голые стопы неприлично сверкали, отсвечивая грязью на пятках.
– Эмес Валынский, ты как с ней обращаешься?
– Как того заслуживает! У тебя неверная информация. Никакой девочки-ромашки я не обнаружил. А вот прожорливую злющую особу с длинным языком, это да. Ведьма она! Инициируете, и тебя переплюнет.
– Ведьма?! – В меня впился взгляд серых холодных глаз.
– Поклеп! – Я вжала голову в плечи.
– Он меня из кровати вытащил! Ничего не объяснил, замотал в одеяло и сиганул из окна. Не покормил! Светил на улице моими трусами и не дал посмотреть на пегасов!
Да, подло наябедничала. А чего он на меня бочку катит! Раз раскрыл рот, то пусть и свои подвиги не забудет перечислить. А то смотрите, я – ведьма, а он – агнец божий.
Гад рыжий!
– Я тебя кормил, – рявкнул он недовольно.
– Ага, когда весь автобус выслушал серенаду моего желудка.
