А эта, - охранник двинул подбородком в сторону Рузановой, - сказала, что ей пришлось выйти на пять минут. Сейчас она возвращается в зал, и я не имею права задерживать, потому что все сидят и ждут только её. Она пёрла танком, я даже несколько растерялся. И сам не понял, как её пропустил."
"Макаров перевёл взгляд на нелегалку, и та вдруг захлопала ресницами. А потом провокационно облизнула губы.
И он слегка опешил: «Ничего себе, какие метаморфозы? Артистка, однако…»
- Ладно, мальчики, все немного ошиблись. Бывает, да? – пролепетала женщина.
– Я не держу зла. А теперь пропустите, не хочу опоздать на оглашение.
- Извините, - Матвей снова заступил ей дорогу, - вынужден попросить вас удалиться. Я лично сверял список с текстом завещания, и никакой Екатерины, - он выделил голосом это имя, - Рузановой там не было.
- Но я мать Лизки! Старик и так отобрал у меня наследство мужа, пришло время вернуть имущество законной наследнице! Я знаю, что непременно должна фигурировать в завещании! Пропустите или я обращусь в суд.
- Обращайтесь, это ваше право, - Матвей старался говорить вежливо, но твёрдо. – Уверяю вас, на эту, - подчеркнул он голосом, - встречу вас точно не приглашали. Но если впоследствии обнаружится новая информация, дополнение или своеобразный постскриптум, вас непременно известят. Всего доброго! Роман, Дмитрий, проводите гражданку.
Он рисковал, приоткрывая тайну завещателя, но надеялся, что дамочка поймёт и удалится, чтобы спокойно ждать возможного вызова. Или не спокойно – не суть важно. Главное, он дал ей надежду, что всё ещё может измениться.
Но Екатерина Рузанова пропустила его слова мимо ушей и продолжила скандалить.
Что ж, он сделал всё, что мог!
Повинуясь приказу, охранники бережно подхватили женщину под руки и, невзирая на её сопротивление и вопли, почти понесли к выходу.
- Да ты! Да я!
По мере удаления громкость снижалась, но окончательно звук пропал только тогда, когда Екатерина оказалась на улице.
Матвей выдохнул и поспешил назад, в зал.
К моменту его появления Игорь заканчивал знакомить присутствующих с вводной частью.
В частности, с заключением врачей, подтверждавших, что Николай Рузанов писал завещание в здравом уме и твёрдой памяти.
Учитывая размер состояния, с его стороны это совершенно нелишняя предусмотрительность!
Уж кто-кто, а юристы знали немало примеров, когда наследники первой, второй и даже третьей очереди, обиженные несправедливым, с их точки зрения, распределением имущества, оспаривали последнюю волю усопшего.
