Такие тяжбы иногда тянулись годами, выматывая силы и высасывая средства!
И хоть у Рузанова была только одна кровная наследница, он поступил весьма разумно, заручившись медицинским свидетельством своей дееспособности на момент составления завещания.
- Что там, Матвей Михайлович? – Трунов на пару минут отвлёкся на вошедшего Макарова.
- Всё в порядке, женщина просто перепутала время и место, - коротко ответил тот.
- Прекрасно, тогда приступаем к оглашению, - кивнул ему Игорь Константинович.
Сначала шли имена тех, кого Николай Рузанов желал наградить за верную службу и крепкую дружбу.
То есть, начбез, помощники, наёмные работники из числа слуг и не только.
Каждый получил некоторую сумму денег, какую-то вещь в память о работодателе и…
Лиза слушала с интересом, а Олег с тихой яростью.
Потому что к деньгам и подарку прилагались акции Техногрупп. Да, не много и не в процентах на человека, а в штуках. Но в общей сложности эти штуки сложились в целых пять процентов!
И пусть никто из новоиспечённых, мать их, акционеров не имел права свои бумаги продавать, дарить или передавать другим лицам! По распоряжению Рузанова они могли только получать с них пассивный доход, но не могли распоряжаться самими ценными бумагами.
Всё равно это был подлый удар в спину.
Целых 5 процентов, которые он теперь никогда не сможет вернуть! И это значит, что не видать ему контрольного пакета…
Но юрист продолжал зачитывать текст, и Олег слегка успокоился.
Оказывается, ещё не всё потеряно! Рузанов оставил-таки лазейку: в случае, если человек решит, что больше не хочет держать акции, он может в любой момент продать бумаги главной наследнице, Елизавете.
Ей и только ей!
Аллилуйя!
«Поговорю с каждым, заплачу, припугну… В общем, решу эту проблему, - выдохнул Левин. – Как миленькие откажутся от акций в пользу Лизы. А она передаст их мне. Чёртов старик! Думал, что всё предусмотрел? А вот фигу тебе! Забыл, что на каждый хитрый болт найдётся своя гайка с левой резьбой?»
Закончив с второстепенными персонажами, юрист перешёл к более важным фигурам – самому Олегу и Елизавете.
Левин с удовлетворением прослушал, что Николай завещал ему коллекционное оружие, свои личные часы очень дорогой и известной во всём мире марки, а также шесть бутылок редкого вина, каждая дороже миллиона. И…
И Трунов перешёл к доле основной наследницы.
Олег оцепенел – но как же? А где его акции? Рузанов обязан был завещать ему ценные бумаги.
