Фамильное древо

Оставалось только надеяться, что Его Высочество осознает: я не настолько наивна, чтобы думать, будто пара рисунков способна повлиять на решение Семейного совета династии, который уже выбрал ему следующую жену; да и видов на принца я никогда не имела.

- Добрый вечер, Ваше Высочество, - ровным голосом произнесла я и поднялась на ноги, чтобы присесть в реверансе.

Третий наконец отмер и улыбнулся - нейтрально, вежливо, точно копируя иллюстрацию из учебника этикета. Взгляд по-прежнему метался: мои руки, хмурый капитан в иллюминаторе, мгновенно насторожившаяся маленькая принцесса, замятый подол моей юбки…

Сестра отчего-то улыбалась совсем по-другому.

Печально, безнадежно - и вместе с тем неуловимо хитро, будто подметила что-то, видимое ей одной и невероятно забавное, но ситуация не располагает к смешкам.

- Надеюсь, Вас это не слишком затруднит, леди Альгринн? - таким же ровным голосом откликнулся принц. - Я думал о том, чтобы нанять дочери учителя, но все рекомендованные педагоги отговаривались тем, что ей еще слишком рано всерьез учиться рисованию.

- Ничего не рано! - возмутилась принцесса.

- Я тоже так считаю, - согласился гордый отец. - Поэтому был бы рад, если бы Вы, леди Альгринн, взялись учить ее.

- Почту за честь, Ваше Высочество, - отозвалась я, и принц, извинившись, поспешно удалился, так напряженно держа спину идеально прямой, словно у него что-то болело.

Я адресовала Сестре вопросительный взгляд.

Если это была еще одна попытка оградить “бесценную” леди от авантюр, то отчего он так быстро ушел? Насколько я знала Третьего, уж первый урок он проконтролировал бы обязательно.

Кроме того, он никак не мог знать, что я ползаю по полу в его номере, и вернулся явно не с целью найти учителя рисования для своей дочери. Но о первоначальных намерениях даже не заикнулся… и что это было?

Но Сестра только безмятежно улыбнулась и налила себе еще чаю, предоставив мне возможность ломать голову самостоятельно.

Следующий день мы с Джоаной провели, как подобает настоящим леди: в четырех стенах и в компании других настоящих леди. Вдовая маркиза и незамужняя дочь графа, - пусть даже первая не наследует титул, а вторая не вступит в брак еще три года, - вызывали однозначный и недвусмысленный интерес. Сыновья почтенных семейств, собравшихся в четырех стенах, поглядывали с любопытством. Отцы - оценивающе. Матери - ревниво, хоть и всячески старались это скрыть.