Фанера Милосская

Она только сказала: «Ладно, постараюсь вернуть любовь Павла, рано или поздно молодая любовница ему надоест, и он вернется в семью. Думаю, пришла пора заняться собой: диета, спорт, смена имиджа. Я ведь еще не старуха. Главное – не отпугнуть мужа скандалами. Сделаю вид, что ничегошеньки не знаю». Я не уверена, что цитирую клиентку дословно, но смысл передала точно.

– Правильное поведение, – одобрила Нина. – Но лично я взяла бы табурет и шандарахнула им благоверного по башке. Слышь, Евздрипёкла, ты замужем? – Милиционерша вдруг перешла на дружеский тон.

– Лучше зови меня Лампой, – предложила я. – Нет, мужа я не имею.

– Ох и повезло тебе… – тоскливо протянула Косарь.

Я покосилась на даму. Ее что, силой тащили в загс, а теперь держат около постылого мужа на цепи, в строгом ошейнике? Можно ведь в любой момент уйти и начать жизнь заново…

– Дети у меня, – вздохнув, пояснила Нина, словно подслушав мои мысли, – два пацанчика. Как им без отца? А Серега, зараза, пьет каждый день! Не понять тебе меня, Евфсёкла.

– Будет все же лучше, если ты станешь звать меня Лампой, – настойчиво поправила я ее. – А что касается ребят… Я считаю, что существование под одной крышей с алкоголиком дурной пример для неокрепшей личности.

– Что-то нас в сторону унесло, – опомнилась Косарь. – Ты знаешь имя любовницы Краминова?

– Мальчик, – ответила я.

– Что такое? – насторожилась Нина. – Павел сменил ориентацию?

– Нет, фамилия у девушки такая странная – Мальчик. Ей двадцать один год, зовут Беатриса.

– Гламурно, – щелкнула языком Косарь. – Беатриса! Прямо как королеву.

– Думаю, ее кличут Беата, что сильно принижает гламур, – хмыкнула я. – Интересно, о чем думают родители, когда так называют дочь? В сочетании с фамилией Мальчик просто курьез получился. И внешне в ней нет ничего особенного: шатенка с карими глазами, носит стрижку под пажа, отдаленно похожа на певицу Мирей Матье. Представляешь типаж?

– Ага, – кивнула Косарь.

– Рост и вес средний, фигура не ахти, слишком худая, ноги вовсе не от ушей.

– Зато свежее яблочко двадцати с небольшим годков… – протянула Косарь. – Слышала анекдот? Объявление в газете: «Меняю одну жену пятидесяти лет на двух по двадцать пять».

– От хорошей супруги муж не убежит, – вздохнула я.

– Полагаешь? – скривилась Нина.

– Любовь в браке постепенно переходит в дружбу и становится от этого только крепче, – выдала я свою теорию.