Фанера Милосская

– Я представитель органов! – патетично воскликнул сержант.

– Печени, почек или желудка? От чьего имени действуешь? – не выдержала я. Обычно я не связываюсь с дорожной инспекцией, но сегодня коса нашла на камень.

– Гражданочка, ваш паспорт! – заорал сержант, обращаясь к Земе. – Эй, чего она молчит?

Я полезла в сумочку, достала пятьдесят рублей и протянула парню.

– Э, нет, – покачал головой инспектор, – похоже, дело нечисто. То хамила, нагличала, пальцы веером распускала, а как только я подружкой заинтересовался, любезной стала.

– Оставь мою тещу в покое! – ляпнула я.

– Кого? – изумился парень.

– То есть эту, как ее, свекровь.

– Пусть представится!

– Земфира, – после небольшого колебания сообщила я. И добавила: – Укачало ее слегка.

– Певица, что ли? – с жадным интересом спросил инспектор.

Я испытала огромное желание стукнуть его по носу правами, но нападение на милиционера слишком дорогое в прямом и переносном смысле удовольствие, поэтому как можно спокойнее ответила:

– Нет, самая обычная пенсионерка.

– Бабушка? – зачем-то уточнил патрульный.

– Уж не дедушка, – не удержалась я от ехидства.

Тут Зема медленно повернула голову и уставилась на нас.

Сержант судорожно икнул, а я начала мысленно подсчитывать содержимое кошелька. Интересно, сколько взяточник сдерет с меня за провоз кенгуру?

– Послушай, – отмер парень, – а чего у ней такие большие глаза?

– Чтобы тебя лучше видеть, – ответила я.

– А почему у нее такой здоровенный нос?

– Чтобы тебя лучше обнюхать, – отозвалась я.

– Чего? – жалобно спросил гаишник.

– За перевоз кенгуру, – протяжно вздохнула я. – Только имей в виду, больше пятидесяти баксов у меня нет.

– Так она не человек! – осенило патрульного. – Фу, блин… То-то смотрю – рожа жуткая, волосатая. Еще пожалел тебя.

– Да ну? – изумилась я.

– Если маменька такая, то какой же красоты у тебя муж! – выпалил сержант.

Внезапно он перестал казаться мне противным.

– А зачем тебе эта тварь? – спросил он. – Вместо собаки держишь?

– Долго объяснять. Сколько с меня?

– Ну… – начал сомневаться мздоимец. – Говоришь, есть пятьдесят гринов? Тогда гони сотню.

– Очень логично! – фыркнула я.

– Все водители врут, – авторитетно заявил парень, – ровно вдвое преуменьшают наличные средства.