"!Фантастика 2023-109". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

 – И он демонстративно улегся на дно дупла, отвернувшись к стенке.

Ливьен молча, тихим движением руки остановила Лабастьера, собиравшегося было вступить с отцом в полемику. Утро вечера мудренее. Первый внимательно посмотрел на нее, улыбнулся и согласно кивнул.

А когда они легли, Ливьен впервые обратилась к сыну с просьбой:

– Расскажи нам о бескрылых.

– Я знаю о них слишком много. – Ночное зрение делало его лицо похожим на маску. – Что бы ты хотела услышать, мать?

– О да. В этом мы с ними совершенно одинаковы.

– Я могу расскать тебе очень популярную у бескрылых истрию. О юноше Ромео из семьи Монтекки и его возлюбленной Джульетте из семьи Капулетти…

«Какие странные имена», – подумалось Ливьен, но Лабастьер уже начал свой рассказ, и она окунулась в него, забыв обо всем на свете.

… – Они были чище нас, – тихо сказала растроганная Ливьен, когда Лабастьер закончил.

– Это только сказка, – возразил тот. – Потому она и была любима ими, что помогала забыть о грязной реальности их мира.

– Племя ураний живет по законам этой сказки, – сообщил Рамбай. Оказывается, он тоже не спал. Ливьен огляделась. Бодрствовали все.

– Они оставили нам хорошее наследство, – тихо сказала Сейна. Она сидела, привалившись к стенке дупла, и лицо ее было заплакано. Дент-Байан лежал рядом, положив голову на ранец возле её коленей. Повязка была снята с его лица: внутренний интерьер дупла никак не мог послужить ориентиром разыскивающим их махаонам… Глаза Дент-Байана были так же водянисты и непроницаемы, как и всегда.

После гибели думателя Сейна и ее самец махаон могли общаться только с помощью переводчика, которым время от времени выступал Лабастьер. В то же время и он, и она понемногу изучали язык друг друга…

«Нужно попросить Лабастьера, чтобы он рассказал эту повесть о бескрылых влюбленных Дент-Байану на его родном языке или мысленно, – подумала Ливьен.

И в этот момент их отдых прервал грохот.

С оружием в руках они поспешно летели обратно в сторону поселения ураний, навстречу треску выстрелов, и уже издалека видели пламя пожарища. Только Дент-Байан остался в дупле: так решил Лабастьер.

Махаоны! Никто не произнес этого слова вслух, но каждый понял, что это могли быть только они.