Да, я не виноват, что больше не хочу ее, но ведь и она не виновата в том, что я дал ей надежду на второе рождение угасших было чувств. Я открыл в ней новые привлекательные стороны, я вновь влюбился в нее, я увлек ее интенсивным и изобретательным сексом, и как теперь объяснить ей, что этого нет и больше не будет? Нельзя наносить такие болезненные удары по женскому самолюбию, это непростительно, да и Лина этого не заслужила, ведь она всегда была мне хорошей женой.
- Я хочу невозможного, - признался я Мусе. - Я хочу жить у себя дома, но чтобы там не было Лины.
Или жить здесь, но чтобы не было Елены. Ты ведь не можешь это устроить, правда?
Произнося эти слова, я поразился сам себе: в них была надежда. Может быть, Муся ее и не услышала, просто восприняла последнюю часть моей фразы как констатацию факта. Но себе я лгать не стал, натренировался за время общения с Бегемотищем. Я в глубине души надеялся, что моя всемогущая и суперорганизованная Муся Беловцева сможет это устроить.
- Убрать Лину из твоего дома я, пожалуй, не смогу, - с задумчивой улыбкой проговорила она.
- А вот насчет твоей Елены надо подумать. Ты что-нибудь знаешь о ней?
- Полный ноль. Только имя и фамилию. Ну и немножко особенности характера и менталитета. У меня сегодня был мой друг Борис Викулов, он обещал попробовать навести справки о ней. У него есть какие-то связи в милиции.
- Ох, Корин, ты неисправим, - засмеялась Муся. - Как родился ты при советской власти, так и продолжаешь жить в том времени.
- При чем тут советская власть? - я почти обиделся, но не до конца, потому что отчетливо уловил в ее словах понимание путей решения моей проблемы.
А уж если Муся понимает, как решить задачу, то можно не сомневаться: она ее непременно решит.
- При том, что сегодня никто не наводит справки через милицию. Куда проще и быстрее просто покупать информацию. Сколько денег ты можешь выделить на портрет твоей загадочной Елены?
- Да сколько надо! - радостно пообещал я. - Трать, не жалей, собственное спокойствие дороже.
И тут же совершенно по-детски поинтересовался:
- А как ты будешь это делать?
- Как-нибудь сделаю, - ее голос зазвучал лукаво и многообещающе. Вопрос в другом: что ты будешь делать с той информацией, которую я тебе добуду? Вот, допустим, я выясню, что она - учительница в школе или менеджер в магазине электроники. И дальше что? Узнать, связана ли она с теми, кто хочет помешать тебе написать книгу, мне все равно не удастся, ты должен отдавать себе в этом отчет.
