Легат в волнении плохо спал ночь, а когда на рассвете вышел на крепостную стену, увидел, как из леса выходят пешие войска, лучники, копьеносцы. Конница двигалась по опушке.
Судя по всему, они рассчитывали на легкую победу. Легат ощутил, как страшное напряжение испаряется, впервые за последние дни вздохнул свободнее. Неопределенность закончилась, теперь можно сражаться. Он покажет этому варварскому предводителю, как умеют сражаться императорские войска!
Несколько суток он наблюдал, как варвары безалаберно располагаются лагерем.
Шатры поставлены в беспорядке, костры слишком близко к постам, линия защиты укреплена недостаточно надежно... Если бы он имел возможность атаковать, то разгромил бы лагерь без труда. Правда, это может быть и воинской уловкой, так что лучше дождаться врага за крепкими стенами.
На пятые сутки, когда он все так же наблюдал за противником, его помощник робко тронул его за рукав:
— Мне не нравится тот огонь...
Легат обернулся. По спине словно пробежала невидимая ящерица, топоча холодными жуткими лапами.
Далеко, почти на горизонте поднялся столб дыма. Он разрастался, блеснуло красным. Столб превратился в стену, в которой грозно блистали искры.
— Там Геяриум, — прошептал помощник."
"— Этот рекс не мог взять его так быстро, — отрезал легат, но острая боль стиснула сердце. — Их город укреплен не хуже нашего!
— Но, говорят... говорят, этот рекс горазд на всякие хитрости.
— Знаю, — отрубил легат. — Но нас ему не перехитрить! Это какой-то враг пробрался вовнутрь и поджег пару домов!
Помощник промолчал, да и сам легат понимал, что от двух-трех домов пожар отсюда виднелся бы жалкой струйкой дыма.
Если кто-то и сумел пробраться в город, то сейчас там охвачены огнем все дома...
— Смотрите!
Из леса, со стороны горящего города, выметнулись всадники. Их было около десятка, все ликующе размахивали руками, радостно орали. Один свалился с коня, его перевернуло в пыли, конь помчался за остальными, а он поднялся и заковылял следом.
Его раскачивало, словно в одиночку осушил все винные подвалы Геяриума.
Легат потемнел. С помощником молча смотрели, как в лагере Фарамунда тут же вспыхнуло оживление. Всадников стаскивали с коней, им совали фляги с вином, хотя те и так едва держались на ногах, уводили к кострам, растаскивали по шатрам. Ошалевшие от радости, стучали в щиты,
Немного погодя из леса вывели колонну пленных. Легат разглядел несколько человек в дорогой одежде.
