Фараон Эхнатон

— Уймись же, Нефтеруф!

— Наверное, нет более наших богов! Нет их в целом свете!

— Ни Амона-Ра, ни Озириса, ни Изиды, ни Гора, ни Тота… Никого нет!

Нефтеруф поднял вверх кулачища:

— Тогда зачем же они все это сносят? Откуда их бессилие? Ответь мне, Шери!

— Они молчат до поры до времени. Но приговор их будет суров.

— Он будет подобен грому.

— И суд их будет воистину потрясающим!

— Только мы с тобою можем судить его!

— С их помощью, Нефтеруф, с их помощью…

Нефтеруф снова выругался, точь-в-точь как там, на рудниках От такого ругательства впору затыкать уши.

И он сказал, строя гримасу на лице, будто ел прокисшую винную ягоду.

— Открой мне, в чем сила этого женоподобного? Я никогда не поверю, что Кеми держится на горбу Эхнатона. Никогда! Я должен доподлинно знать, где тот столп, на который опирается свод нашего государства. Надо знать врага истинного, а не подставного. Кто же тот могущественный враг, который упек меня в жуткую дыру? Кто закинул туда, чуть ли не к истокам Хапи? Посмотри, скажу не хвастая, могу вступить в единоборство со львом.

Не отступлю от зверя! И чтобы одолел меня этот человек с округлым женским задом? Да я же его и человеком не считал! Его покойный отец, чье имя сын соскреб со всех камней, вызывал уважение к себе. Хотя бы видом своим. А этот?.. Курва он — вот кто!

Шери прошелся быстрым взглядом по верхушкам дворцов, мысленно представил себе ненавистного фараона.

— Он… — проговорил Шери зловеще.

— Он способен на все!

— На многое… Если мы с тобой пренебрежем хотя бы малейшей осторожностью — очутимся в подземелье.

И ты и я. Оба вместе!

— Поэтому я верю тебе… Но ведь всё — буквально все! — говорит о его малодушии…

— Например? — сухо спросил Шери.

— Враги теснят его повсюду…

— Хетты на Севере… В Ретену… Эфиопы бьют..! Не довольно этого?

— Потому что он может согнуть нас с тобой в бараний рог. Для этого достанет у него и силы и воли. Рекомендую тебе: осторожность, осторожность и еще раз осторожность!

— Но ведь этак можно превратиться в бездельника.

Осторожность хороша, когда она точно отмерена.

— Об этом и идет речь.

— Между тем ты отдаешь меня в руки некоей красавицы. Тут, по-моему, предосторожностью и не пахнет…

— О нет! — Шери остановил его властным жестом. — О нет, ты не прав. Вот встретишься с нею. Потом мы повидаемся с тобой. И тогда скажешь свое мнение. А до того, прошу, не настраивай себя против Ка-Нефер.