Фарфоровая жизнь

Ее жизнь рухнула: убили мужа, причем убили в постыдном виде, с любовницей наперевес, и любовницей оказалась какая-то, по словам Тины, ужасно вульгарная тетка, жена Леонтьева, человека без манер и прочего там воспитания… По правде сказать, Леонтьев Василисе понравился, ничего ужасного она в нем не обнаружила, а теперь он еще и вдовец. Василиса улыбнулась в темноту и про себя решила, что при следующей встрече попробует поговорить с ним – так, о погоде… Тина этого не одобрит, но кто знает, что она думает? Учитывая, что даже после смерти мужа, пропажи денег и имущества она с каменной миной пила свой чай, и мысли ее, казалось, витают где-то в теплых странах, а не рядом с разоренным гнездом и рухнувшей жизнью.

И если сейчас Василиса, например, развернется и уйдет, Тина так и будет сидеть – просто не зная, что делать, а убийца тем временем доберется и до нее.

Хотя, возможно, это и есть хитрый план Тины, но он не годится для выживания.

Бережной думал, что, как только ляжет в кровать, тут же уснет – но случилось наоборот. Как только усталое тело поняло, что больше не надо напрягаться и поддерживать вертикальное положение, в полную силу включился мозг, анализируя и систематизируя данные, которые были получены в ходе расследования.

Разговор с Василисой прояснил некоторые моменты, а именно: теоретически у Тины был мотив убить мужа. Правда, материально она ничего не выигрывала, а скорее наоборот, но деньги не всегда мотив.

И у Леонтьева есть мотив, и мотив этот более чем очевидный, но при этом самому Бережному уже совершенно ясно: в деле есть кто-то, кто гораздо опаснее и Тины, и Леонтьева, и его мотив неизвестен.

Старая история с гибелью Анны Штерн, которая странным образом совпала с пропажей некоего ценного груза, и теперешние события каким-то непостижимым образом казались связанными между собой, несмотря на годы, разделяющие эти события.

Что-то было нечисто в той старой истории, а свидетель – вот он, за стеной сопит, никаких сомнений нет, что Тина тогда все видела и в ее памяти сохранилась нужная информация. Но как ее извлечь, чтобы не навредить самой Тине? И можно ли будет доверять этой информации, ведь интерпретировала ее Тина по-детски, а чего-то и вообще могла не понять. Да еще после стольких лет полного забвения.