Фаворитка императора

И Марианна сама обретет с ним если не счастье, то, по меньшей мере, безопасность, ибо между нею и всем, что ей угрожает, окажется сила Язона, его широкие плечи и неиссякаемая энергия. Не будет больше Наполеона, но зато не будет и Франсиса Кранмера. Но получит ли Язон вовремя письмо? Если он в Америке, об этом нечего и мечтать!..

Насидевшись перед потухшим камином, Марианна встала, потянулась и направилась к кровати. Ей вдруг стало холодно. Только сейчас на нее навалилась усталость после этого ужасного дня. Спать! Поскорей спать! И, может быть, увидеть во сне ту далекую страну, о которой однажды вечером в павильоне особняка Матиньон Язон Бофор с такой тоской рассказывал ей…

Марианна сбросила пеньюар, раскрыла постель.

Но едва она хотела скользнуть под одеяло, как услышала стук в дверь.

– Вы еще не спите? – прозвучал приглушенный голос.

Это был наконец Аркадиус, безусловно вернувшийся несолоно хлебавши с охоты за деньгами… и желанный отдых откладывался. Марианна со вздохом подумала, что ему надо будет рассказать почти все, что произошло, за исключением того, что касалось ребенка и предполагаемого брака.

Пока это останется ее тайной.

– Иду! – громко сказала она.

Затем, подняв свой батистовый с кружевами пеньюар, она надела его и пошла открывать дверь.

Комедианты с бульвара Темпль

Грозный момент приближался. Наступало время встречи с Франсисом для передачи денег. Ничто не отличало Марианну и Аркадиуса от других парижских зевак, когда под вечер следующего дня они смешались с праздношатающимися, ежедневно толпившимися возле театров на свежем воздухе, ярмарочных балаганов и кафе, занимавших большую часть Темпльского бульвара.

Одетая в шерстяное коричневое платье с бархатной отделкой и кружевным воротником, в шляпке «невидимка» на голове и с коричневым плащом на плечах, Марианна, внешне спокойная, хотя чувствовала себя неважно, была неотличима от юной буржуазки, пришедшей полюбоваться чудесами знаменитого бульвара. Аркадиус, в костюме цвета «испуганная мышь», при черном галстуке и в фетровой шляпе, степенно вел ее под руку.

Они оставили карету за садом кафе «Тюрк». Погода была чудесная, и под вязами зазеленевшего бульвара бродили взад-вперед многочисленные группы гуляющих от лотка кондитера к торговцу вафельными трубочками, от шатра скоморохов до балаганных подмостков, представлявших собой настоящие маленькие театры, стремясь все увидеть на этой своеобразной непрерывной ярмарке, в этом раю канатаходцев, всевозможных фокусников и… парижан.