Фаворитка императора

Зоркие глаза Марианны сразу же узнали Ильдерима, самого прекрасного жеребца в заводе и к тому же самого неукротимого, чистокровного, белоснежного, невероятной красоты, но такого норовистого, что, несмотря на все ее искусство, она еще не решалась оседлать его. Носимый под сердцем ребенок запрещал ей подобное безумство.

Она различила темную фигуру всадника, но узнать его не смогла. Он выглядел высоким и мощным. Впрочем, с такого расстояния нельзя было рассмотреть детали. В одном она была уверена: это не Маттео Дамиани, тем более не Ринальдо или кто-нибудь из конюхов.

В одно мгновение лошадь и всадник пересекли лужайку и погрузились в гущу деревьев, где мерный стук копыт стал затихать и вскоре исчез. Но у Марианны было достаточно времени, чтобы прийти в восхищение от безукоризненной посадки всадника, черного призрака на ослепительной белизне, словно слитого воедино с благородным животным. Неукротимый Ильдерим признавал в нем своего хозяина.

И тут ее осенило, и пришедшая в голову мысль вызвала такое волнение, что, не в силах дождаться утра, чтобы подтвердить ее, она бросилась к сонетке у изголовья кровати и стала так ее дергать, будто дело шло о жизни и смерти.

Через несколько секунд донна Лавиния в кофте и чепчике с завязками была в комнате, заметно испуганная и, без сомнения, опасавшаяся худшего. Увидев Марианну спокойно стоящей, она с облегчением вздохнула.

– Видит Бог, как я испугалась! Я подумала, что госпожа княгиня заболела и что…

– Не волнуйтесь, донна Лавиния, со мной все в порядке.

Поверьте, я глубоко огорчена, разбудив вас, но я хочу, чтобы вы ответили на один вопрос… чтобы вы ответили на него сейчас же… и без обиняков!

Шандал в руке экономки так закачался, что она вынуждена была поставить его на стол.

– Какой вопрос, госпожа?

Марианна указала на распахнутое окно, перед которым она стояла, затем устремила повелительный взгляд на лицо донны Лавинии, превратившееся при лунном свете в гипсовую маску.

– Вы прекрасно знаете, какой вопрос, иначе не побледнели бы так! Кто тот человек, которого я только что видела промчавшимся на лошади через лужайку?.

. Под ним был Ильдерим, на спине которого я еще никогда никого не видела. Ну, отвечайте! Кто он?

Бедная женщина едва держалась на ногах, и ей пришлось опереться о спинку кресла, чтобы не упасть, но Марианна подошла к ней, положила руку на плечо и безжалостно повторила по слогам:

Глубоким вздохом облегчения Марианна освободила стесненную грудь. Она не была удивлена.