Фаворитка императора

– Так ты плачешь? А я еще подшучиваю! Моя бедная маленькая кошечка, прошу прощения! Говори скорей, что с тобой произошло, но сначала сбрось эти лохмотья! Я сейчас дам тебе что-нибудь.

Говоря это, она мгновенно расстегнула изорванное платье, но внезапно остановилась и, вскрикнув, указала пальцем на темное пятно на смятом корсаже.

– Кровь!.. Ты ранена?

– По-моему, нет, – удивилась Марианна. – Даже не могу себе представить, откуда она. Хотя…

Она вдруг вспомнила стон и крик боли нападавшего на нее и замеченную странность в его одежде: накинутый плащ, расстегнутую рубашку.

– Ничего. Это не имеет значения! О, Фортюнэ, ты обязательно должна помочь мне, иначе я погибла.

Короткими фразами, отрывистыми из-за нервозности, но, по мере того как она рассказывала, становившимися более спокойными, Марианна описала этот ужасный день: требования Франсиса, его угрозы, похищение Аделаиды и невозможность в ее положении достать за сорок восемь часов тридцать тысяч ливров, не продавая все ее драгоценности.

– Десять тысяч я могу тебе дать, – успокаивающим тоном сказала м-м Гамелен. – Что же касается остальных…

Она остановилась в нерешительности, полуприкрытыми глазами разглядывая свою подругу в зеркале. Пока Марианна говорила, она полностью раздела ее, затем с помощью большой губки и флакона одеколона энергично растерла молодую женщину, чтобы ободрить ее.

– Что касается остальных? – переспросила Марианна, ибо Фортюнэ продолжала хранить молчание.

М-м Гамелен задумчиво улыбнулась, взяла большую пуховку и стала осторожно пудрить плечи и грудь своей подопечной.

– С таким телом, как твое, – безмятежно начала она, – найти их не составит труда. Я знаю с десяток мужчин, которые дадут тебе столько за одну-единственную ночь.

– Фортюнэ! – задохнувшись от негодования, крикнула Марианна.

Она инстинктивно попятилась и покраснела до корней волос. Но это возмущение не отразилось на невозмутимом спокойствии креолки. Она рассмеялась.

– Я всегда забываю, что ты считаешь себя женщиной единственной любви и упорно стараешься остаться униженно верной человеку, который сейчас изо всех сил старается сделать беременной другую.