Фехтмейстер

 — Опять этот Родзянко! А скажите, насколько вероятно, что и сам господин председатель Государственной думы завербован австрийцами или же германцами?

— Хочется верить, что это все же не так. Во всяком случае, ваше величество, на сегодняшний день у меня нет улик, свидетельствующих об обратном. Но в этом деле для нас, как вы и велели, не будет неприкасаемых.

— А кстати, об австрийцах, — вдруг вспомнив что-то свое, остановился самодержец.

— Да, — внутренне напрягаясь, коротко ответил контрразведчик.

— Как мне представляется, эта авантюристка тоже имеет непосредственное отношение к венским козням. Она ведь австриячка, не так ли?

— Ее отец был венгром. Князь Лайош Эстерхази, известный путешественник и охотник, автор знаменитой книги «В горах и саваннах Африки».

— Если мне не изменяет память, у старого искателя приключений был сын.

— Насколько мне известно, Миклош Эстерхази состоит при нем адъютантом.

— Вот и прекрасно. В австрийском плену томится немало доблестных офицеров, которых, возможно, удастся обменять на эту ведьму.

— Вполне может быть, — медленно проговорил Лунев. — Однако я бы просил вас не торопиться с этим обменом. — Он замолчал, подыскивая слова. — В данный момент эта дама проходит по нашим разработкам, и, арестовав ее, мы спугнем куда более серьезного зверя.

Николай II перевел взгляд с контрразведчика на резвящегося меж сугробов пса. Лохматые уши сеттера развевались по ветру, и весь его вид был живейшим свидетельством счастья от приятной прогулки, хорошей компании и успешно найденной палки.

— Ладно, Платон Аристархович, будь по-вашему. Но еще раз напоминаю, мы ждем от вас результатов скорых и решительных. А теперь пойдем в дом, начинает смеркаться.

* * *К удивлению Лунева, «натурализация» Заурбека прошла без каких-либо проблем.