При желании можно взять подобную карту за любой из дней последних двух лет и проследить точный и полный маршрут движения купюр. Как говорится, идите по следу денег!
— И-и-и… Что же все это значит? — окончательно теряясь от всего происходящего кругом, спросил Лунев.
— А значит это, уважаемый Платон Аристархович, лишь одно — практически вся политическая активность в России на сегодняшний день, включая партии всех цветов и оттенков, имеет в своих «жилах» фальшивые деньги австрийского Генштаба. Конечно, не всем из этой пещеры Али-Бабы досталось одинаково щедро.
Социал-демократы и эсеры получили куда больше, чем кадеты и октябристы. Но причастились все. Большевикам платили за пораженчество, эсерам — за террор, кадетам помогали с прессой. Как вы понимаете, многие газеты должны были оставаться формально независимыми. В целом же вся думская работа довольно серьезно финансировалась нашим, с позволения сказать, совместным предприятием.
Специально для контроля над денежными потоками Артур решил устроить своего младшего брата управляющим к Лаис.
Князь Миклош Эстерхази, исполняющий при австрийском императоре роль гения тайной войны, с немалой выгодой использовал открывшееся родство с этой нежной девушкой. А поскольку выплаты шли по большей мере именно отсюда, нужен был верный человек, который не спугнул бы саму госпожу Эстер. Я же, как адъютант великого князя Николая Николаевича, был слишком ценен, чтобы мною рисковать.
— Гм, а я было уже решил, что Конрад Шультце тоже сотрудник вашего института.
— Так оно и есть.
— Чарновский выпустил из сложенных губ ароматный дым. — Но в данном случае это не важно. Он один из лучших воинов, которых мне доводилось знать, хотя, прямо сказать, никудышный управляющий, в отличие от истинного брата известного фальшивомонетчика. Тот — человек весьма оборотистый. И все же запись, кому и сколько он выдал, прекраснейшим образом сохранена.
— А где же тогда настоящий Конрад Шультце?"
"— Скажем так, отдыхает. Правда, у него создается полное впечатление, будто он продолжает жить в вашем мире и активно действовать.
Но все же факт остается фактом: на самом деле все «его действия» последних двух лет им не совершались. Он никогда не нападал на жандармов и даже «высокое дело» распространения фальшивых банкнот, ради которого он приехал в Петроград, тоже прошло без него. Я очень прошу вас помнить об этом, когда он попадет в ваши руки.
— Вы ставите меня в тяжелое положение, Михаил Георгиевич.
— Зато вывожу из куда более сложного.
