А вскоре после этого ротмистр утратил интерес к литературным вечерам. Но и это еще не все. Как известно, господин Шультце выехал из столицы в Финляндию, оттуда перебрался в Швецию, а уже из Швеции — в Австрию. Дорога заняла у него чуть больше месяца.
А ровно через полтора месяца после исчезновения господина Шультце из Петербурга ротмистр Чарновский испрашивает у великого князя Николая Николаевича отпуск по семейным обстоятельствам и едет во Францию, дабы вступить в права наследования после смерти какого-то дальнего родственника по материнской линии.
Так, во всяком случае, пишет он сам в отчете о поездке. По дороге, в Австрии, ротмистр Чарновский неожиданно чувствует, — Снурре поглядел в текст, — вот: «В связи с обострением последствий контузии, полученной в рейде на Инкоу, был вынужден прервать путешествие и остановиться в Вене на четыре дня для излечения».
— Есть доказательства, что в это время он встречался там с Шультце?
— Увы, нет, — развел пухлыми ручками Христиан Густавович. — Нам, к сожалению, неведомо ни где остановился Артур Шультце, приехав в Австрию, ни где он пребывает нынче.
Следы его по сей день не найдены.
— Н-да. — Контрразведчик забарабанил пальцами по столешнице. — Вот и гадай теперь, встречался или не встречался. Хоть это и бездоказательно, определенно мог встречаться.
— Именно-именно, ваше высокоблагородие, — закивал Снурре. — Очень даже мог."
"Их беседа была прервана нежданным появлением атаманца.
— Ваше высокоблагородие, — прижимая руки к карманам галифе, отрапортовал он.
— Там у нас явление в мундире голубого им преданному народу.
— Простите, что? — Лунев с недоумением поглядел сначала на телохранителя, потом на Снурре. В словах неуемного сотника можно было найти отголосок лермонтовских строк, но трактуемых совсем уж вольно. — Вы снова за свое?
— Вас там поручик Вышеславцев домогается.
— Да? — Лунев устало сжал переносицу. — Что ж, пусть войдет.
Жандарм не заставил себя долго ждать. От его недавнего лоска не осталось и следа. Даже нафабренные усы, еще недавно лихо закрученные, теперь выглядели уныло обвисшими.
— Ну, что там у вас случилось, господин поручик?
— Ваше высокоблагородие, — запинаясь, начал Вышеславцев, — господин полковник. Тут выходит такое… В общем, без вашего совета не знаю, что и делать. — Он тягостно вздохнул.
— Да что ж такое-то произошло?
— На след я напал, — снова вздохнул жандарм.
— Вот те раз, — не замедлил прокомментировать атаманец. — Лежал себе след, никого не трогал.
