Фея с золотыми зубами

Но потом о Ласкиной «забыли» в другом еженедельнике, на десятилетие которого она явилась в сногсшибательном туалете от самого знаменитого из всех модных модельеров.

Лиза насторожилась и приказала своей помощнице Вике разведать обстановку, та замялась и пробубнила нечто маловразумительное.

– Непременно говори правду или уволю, – разозлилась Лизочка.

Секретарь затряслась, но ответила честно:

– Времена изменились, теперь не модно быть обычной женой. Посмотрите на остальных. Лена Моралли поэтесса, Катя Едвилова дизайнер, Ольга Постникова модельер.

Ласкина налетела на Вику с воплем:

– Ерунды не болтай! Лена Моралли на самом деле Ленка Петкина, она работала продавщицей в магазине, там и встретила Родиона Боркина. Родя был женат, но Елене удалось его охмурить, она родила любовнику ребенка. Чтобы избежать скандала, Боркин устроил Петкиной фиктивный брак с французским графом. Так наша торгашка превратилась в госпожу Моралли. Вот только ее мифического аристократа никто ни разу не видел. Свадьбу, якобы по просьбе свекрови, играли в замке, в сугубо приватной обстановке.

Родион по-прежнему содержит Ленку, и он же ее стишата издает за свой счет! А Едвилова с Постниковой! Дизайнер и модельер! Вика, ты это всерьез? Первая оформила дом своей мамы, а вторая где-то кому-то когда-то вроде бы показала эскизы какого-то платья. Ухохотаться! Ну прям Коко Шанель!

– Все верно, – согласилась помощница. – Но правду про Моралли и остальных знает лишь узкий круг, для простых читателей они творческие личности.

Вам необходимо кем-то стать.

– Может, купить магазин? – протянула Лиза. – Я шмотки люблю, начну ими торговать. Прямо сейчас позвоню Вите, пусть этим займется.

– Нет-нет, – остановила хозяйку секретарь. – Цветочный, конфетный и прочий бутики уже не в моде, это прошлый век! В двадцать первом столетии необходимо самовыражаться творчески. Посмотрите на шоу-бизнес, там четко феньку секут: нынче певицы книги строчат.

– Ясно. Я пишу роман, на обложке ставят «Елизавета Ласкина».

– Умница, – одобрил меня Виктор, – пусть Лизка порадуется: автографы, корреспонденты, телесъемка. Родька Боркин свою бабень Моралли по полной раскрутить боится, ему жена пальцы переломает, а мне для любимой девочки ничего не жаль. Пускай Моралли и прочие модельеры с певичками от зависти почернеют. Распиарю Лизочку! Короче, берешься?

– Почему я? – Вопрос был естественный. – Есть же Смолякова, она пишет замечательно и популярность ее велика.