Фея с золотыми зубами

Лиза встретила меня в отличном настроении, что не помешало ей налететь на гостью с упреками.

– Почему ты так задержалась? Отчего не отвечала на звонки мобильного?

– Он не звонил, – удивилась я и продемонстрировала Елизавете аппарат, – видишь, на дисплее нет никаких значков, я не получала даже эсэмэсок.

– Вдвойне странно, – надулась Лиза, – потому что я их тебе штук десять послала! Ладно, забудем. На первый раз прощается, но на второй – получишь в нос. Ха! Шутка! Не бойся! Я никогда рук не распускаю.

– Надеюсь, – пробормотала я.

Если Лизавета имеет скверную привычку раздавать тумаки прислуге, ей лучше не применять это ко мне. Детство мое прошло в подворотне, в прямом смысле этого слова. Первое, что поняла пятилетняя Вилка: никто не защитит ее лучше, чем она сама, и если не дать мгновенно обидчику сдачи, то на следующий день тебя будут лупить все. С тех пор моя рука автоматически сжимается в кулак и метит в глаз тому, кто решил меня ударить.

Лиза пошла в столовую.

– Верка, сделай чаю! – заорала она.

– Ты наняла прислугу? – спросила я.

Ласкина изобразила на лице страдание.

– Агентство прислало бабу, на вид жуткая старуха. Похоже, ей лет тридцать пять, лицо, как у обезьяны. Хватит это обсуждать. Я придумала новый сюжет.

Я опустилась в кресло.

– Мы опять пишем детектив?

Лиза плюхнулась на диван.

– Тебе Витя аванс заплатил. Представишь книгу в срок, получишь вторую часть суммы.

– Значит, ситуация с Катей тебя больше не волнует? – не успокоилась я.

Юная вдова махнула изящной ручкой.

– Надоело. Екатерина или пропала, или умерла, а мне в голову чушь полезла про чай для похудения. Просто Витя был совсем болен, вот и умер. Со мной так часто бывает. Начинает терзать проблема, прямо рвет на части, а потом, бац, отпускает. Вот пример. Осенью я увидела у Лерки Матецкой кольцо. На золотом ободке стрекоза из розовой эмали, крылья – тонкий перламутр. Брюликов всего ничего, их на пять карат не наберется, на усиках торчат, и глаза ими выложены. Но не в бриллиантах дело. Кольцо шириной в три пальца, едва пошевелишь рукой, стрекоза словно летит, крылышки шевелятся.

Ну, сразу же видно, на заказ сработано. Матецкая, сволочара, сначала уворачивалась, говорила: «Это подарок, имени ювелира я даже не слышала». Но я ее на одном сейшене поддатой подловила, и Лерку прорвало, она прямо заявила: «Отвали. Ювелирка будет только у меня. Не хочу тиражные вещи носить. Хоть подохни, не узнаешь».