Фея придёт под новый год

Но почему лодочник говорил о шестерых детях, а на самом деле их семь? И почему госпожа Бонита так разозлилась, когда я сказала о шестерых? Но если я ждала от Джоджо хоть каких-то пояснений, то напрасно.

— В этом доме не любят сплетничать, — обиделась она, взяла нож и принялась скрести и без того чистый стол.

— Ясно, — согласилась я не касаться больше темы о покойной госпоже де Синд. — А госпожа Бонита — сестра хозяина?

— Старшая, — служанка скребла стол с такой яростью, словно собиралась продырявить столешницу.

 — После смерти госпожи Карины на ней всё хозяйство и воспитание детей.

— А дети?.."

"— Старший — мастер Эйбел, — произнося имя старшего сына де Синда Джоджо чуть не скрипела зубами в такт скрипу ножа.

— Его называют Рэйбел?..

— Потому что он — самый настоящий разбойник! — свирепо изрекла Джоджо. — Вечно придумает какую-нибудь каверзу, противный мальчишка! И пожаловаться некому — старший и любимый сыночек. Вот и пользуется тем, что ему всё дозволено.

— М-да… — протянула я, усаживаясь на скамейку.

 — Очень неприятно. А Ванесса?

— Вторая по старшинству — и избалованная кукла, — выдала Джоджо. — Красотой пошла точно не в мамочку, а вот характером… — она осеклась и помрачнела ещё больше.

— Потом — мастер Нейтон, — я деликатно не заострила внимания на похожести Ванессы на покойную мать или на родную тётушку. Несмотря на разногласия, они показались мне очень похожими.

— Нейтон — спесивый, как черт, — последовала оценка очередного отпрыска семейства. — И такой же завистливый.

Бесится, что отец назначил наследником мастера Эйбела, и пытается что-то доказать. Только не получается — мозгов-то у него поменьше будет. Намного поменьше.

— А… близнецы?

— Мерси и Огастин. Чокнутые. Молчат, ухмыляются — и не понятно, что у них на уме. Общаются только друг с другом, даже без слов могут — будто мысли читают. Но от них хлопот меньше, чем от Черити. Она больше всех по госпоже Карине плакала. Опасайтесь её. Даром, что куколка, а скажет — как толкушкой в лоб приложит.

И где не дослышит — там додумает. И молотит языком своим, молотит. Больше всего Логану достается. Конечно, это ведь из-за него умерла госпожа Карина… — Джоджо замолчала и выпрямилась, застыв с тряпкой в руке.

— Значит, малыш Логан — причина смерти матери? — спросила я, и служанка машинально кивнула.

— Что-то я разболталась, — произнесла она медленно. — А вам не следует прохлаждаться. Сейчас ужин закончится, я уберу со стола, и вы будете мыть посуду.