По мере расследования, личность Огаста обрастала всё более отталкивающими чертами и ей не хотелось чтобы он долго гулял на свободе. Если же не получится найти воскресшего самостоятельно в ближайшие сроки, придётся подключать других жриц её ранга. Нельзя чтобы лич начал убивать. Он и раньше, судя по всему, ни во что не ставил чужие жизни, а теперь и подавно не станет.
— Нам нужно вернуться в дом. — вздохнув, озвучила она свои мысли. Села и устало потёрла виски.
— Если надо, пойдём.
— Шэн поднялся на ноги и протянул ей руки.
Стоило вложить свои ладони в его, как её тут же вздёрнуло в воздух и девушка оказалась прижата к мужскому телу. Губ коснулось его горячее дыхание и в следующий миг она забыла обо всём, тая от нежного поцелуя. Руки сами собой взметнулись и зарылись в его огненные пряди и она вернула ему ласку, скользнув языком навстречу, пьянея от того, как сжимают её тело его ладони, как упирается ей в живот его горячая плоть, посылая обжигающие искры по обнажённым нервам.
Лишь спустя минуты, или часы они отстранились друг от друга, и замерли, прижавшись лбами.
— А теперь всё-таки пойдём. — произнесла хрипло, продолжая стоять на месте.
— Пошли. — хмыкнул мужчина и, ухватив её за руку, зашагал к дому.
Глава 17"
"Здраво рассудив, что архив сегодня всё равно времени изучать нет, Фэй с Шэном отправились искать лабораторию. Без труда вскрыв дверь, ведущую в подвал и миновав ловушки, которые попадались на пути, они вскоре оказались перед большой, обитой металом дверью, за которой и находилось нужное им помещение.
Фэй без слов отступила в сторону, пропуская князя вперёд, чтобы тот вскрыл печать и замок. Сама же, прикрыв глаза, попыталась систематизировать собственные ощущения. Тьма говорила, что там никого нет. Чутьё орало, что там ждёт опасность. Значит, скорее всего, это какая-то ловушка, возможно проклятие.
Ей мало что могло принести реальный вред. Насколько неуязвим её огненный возлюбленный, она не знала.
— Шэн, тебя вообще как, убить легко? — не стала плясать вокруг да около.
Мужчина оглянулся с весьма озадаченным видом. Брови высоко подняты, губы подрагивают, норовя растянуться в ироничной ухмылке.
— Боюсь спросить, зачем тебе это надо? Я так уже надоел, что ищешь способы избавиться?
— Дурак. — беззлобно констатировала жрица.
