Не успела Фэй сообразить, что он делает, как её властный мужчина привёл её к зеркалу, заставил наклониться, так что пришлось опереться руками на стену рядом с резной рамой, и, задрав юбку, действительно взял её. Резко, мощно, неистово, заставляя скулить, стонать и смотреть на отражение их обоюдной страсти в зеркале, сгорая от порочности и сладости этого зрелища. Потом они, конечно добрались до кровати и продолжили, пока Фэй обессиленная не уснула.
А утром, стоило открыть глаза, первая мысль была о том, что всё ведь совершенно очевидно.
Филактерий то был у них перед самым носом. Ей стоило только прислушаться к себе, а не списывать свои ощущения на ревность.
Глава 30
На то, чтобы найти Ирису, они потратили ещё два дня. Огаст вполне ожидаемо никак не выдал, что её догадки верны. Пришлось искать самим. Шэн перенес их сначала в гостиницу, где они тогда ночевали, и Фэй ещё раз подробно расспросила всех, включая хозяина и служанку, с которой уже говорила. Подробностей не прибавилось. Глупо было рассчитывать, что девчонка, хотя какая там девчонка, если Огаст умер три века назад, выложит свой предполагаемый маршрут, отправляясь грабить хозяина.
— Что думаешь делать? — спросил у неё Шэн, стоило им выйти на улицу, где стояли привязанные к перевязи их лошади.
— Попробую зайти с другой стороны. Перенеси нас пожалуйста на то место, где мы их нашли с этим табором."
"В лесу, куда их вывел портал, до сих пор витал дух нежити и фонило тёмной магией. Лошади беспокойно пряли ушами и всхрапывали, но послушно вывезли их к той поляне, где всё так же валялись перевёрнутые кибитки.
— Что мы ищем?
— Её кровь. Много ведь натекло.
— Так уже столько времени прошло. Тебе она что-то даст?
— Для поиска подойдёт.
На том месте, где лич приносил в жертву свой собственный филактерий, земля до сих пор хранила бурые пятна.
— Фэй, я вот этого момента не понял. Если она сосуд для куска его души и делает его сильнее, то зачем он её убить пытался?
— А он и не пытался. — ответила жрица, присев и потрогав землю руками, подняла щепотку и перетёрла между пальцами.
— Это не было жертвоприношение. Это была её добровольная жертва, для его воскрешения. Она отдала свою кровь, силу, чтобы он воскрес. И умирать она не собиралась.
— А как же тот факт, что мы вдвоём её еле вытащили?
— Во первых ритуал нами же и был прерван, думаю это главная причина. А во вторых не вытащили бы мы, вытащил бы он. Или поднял бы. Тут уже всё зависит от степени привязанности между ними.
