Он так близко, такой родной, но в тоже время пропитан холодом и злобой, которая безумно пугала и в то же время манила растопить не идущие ему рядом со мной эмоции.
— Я хоть раз говорил, что ненавижу тебя? — его голос зазвучал хрипло, а взгляд упал на мои приоткрытые губы. — Хоть раз сказал тебе это?
— Ты своим поведением это говоришь, — шепнула в ответ, облизнувшись и рискнула дотронуться до его щеки. — Ты убиваешь меня своим безразличием, Алекс. И отдаляешь меня от себя. Это жестоко и больно. Я умираю в больших муках.
Он прикрыл веки, позволяя мне его касаться. Я словно гладила дикого зверя, которому была неведома ласка и, главное, не спугнуть. Не делать резких движений, чтобы не быть сожранной. Он в любой момент мог опомниться, вспомнив, кем является и откусить руку, о которую начал ластиться.
— У меня никого кроме тебя не было и ты это знаешь. С Красновым встречается моя сестра, — неуверенно произнесла, наслаждаясь тем, как приятно щетина колола подушечки пальцев."
"Алекс едва слышно выдохнул и расслабился.
Когда он открыл глаза, я заметила в них былой огонек, с которым он всегда на меня смотрел, опьяняя дурманом страсти. Этот взгляд вызвал на губах улыбку, потому что почувствовала: я ему небезразлична.
Но прежний Алекс вернулся ненадолго. Не дав мне привыкнуть, смахнул с лица все намеки на близость, надев маску отстраненности.
— Это хорошо, — сказал себе под нос и поцеловал мою руку, следом вернувшись на водительское место. Когда он отодвинулся, мне стало холодно. — Давай прокатимся тогда.
— Куда? — я насторожилась.
— Сейчас узнаешь. И сделай милость, не мешай мне думать. Мне нужно обмозговать все. Особенно то, что ты натворила у Салима.
Всю дорогу мы провели в тишине. Я укуталась в куртку, наслаждаясь запахом Алекса и любовалась тем, как он ведет авто. Не мешала ему думать и сама старалась выкинуть из головы мысли и своем будущем. Хотелось верить, что Алекс не причинит мне вреда.
Не следила за мелькавшими за окном улицами и сильно удивилась, когда мы оказались на парковке.
Вестник вышел из машины, а я с каждой секундой все сильнее начинала нервничать, осознавая, куда он меня привез.
Когда дверь открылась, я попятилась, пытаясь высвободиться от ремня безопасности, озираясь по сторонам:
— Зачем ты привез меня в эту клинику? Что мы тут делаем?! — я, не стесняясь, кричала на всю парковку, желая привлечь к себе внимание. Вывеску той самой злосчастной клиники, где меня чудом не затащили на аборт, я бы из тысячи узнала.
