Феникс

Ее понять можно, мальчики все как один отправляются за океан, неважно, что уж, почитай, мужи взрослые, для мамки они завсегда чада. Богдан, похоже, и насчет парнишек имеет думу, успел все же прикипеть, и к Виктору тянется. Вот только есть одно «но» — для малышки это было бы слишком опасное путешествие.

— В том-то и дело, что поближе, а мне нужно подальше.

Виктор не обманывал себя и всегда имел в виду своих благодетелей. Намек их он уловил хорошо. Так что слово там или нет, но ему явно дали понять — лучше бы держаться подальше от Старого Света.

А потом в последнее время его все чаще одолевали кое-какие мысли и начала вырисовываться цель, пока туманная, больше похожая на ощущения, но ему хотелось уже чего-то иного, нежели просто безбедная старость. А Новый Свет он и есть новый, он лучше всего подходит для этого, там нет ничего устоявшегося, там все только нарождается и формируется.

На следующий же день Богдан начал трудиться, буквально надрываясь, чтобы поспеть везде. Он нужен был для организации производства мин и гранат.

Он нужен был на прежнем производстве: необходимо убедиться, что все будет работать так, как надо. Он нужен был Виктору, приступившему к изготовлению прототипов будущих станков. До установления зимника необходимо наладить работу, чтобы в отсутствие Богдана все продолжало работать, как хорошо отлаженный часовой механизм.

Виктор тоже спешил, и эта торопливость обуславливалась не только отбытием Богдана в Рудный, которому предстояло сделать там большой заказ на немалую сумму (и она скорее всего еще больше возрастет из-за срочности).

Немаловажным является тот факт, что не все удастся закупить, на это попросту может не хватить денег, ведь одного только пороха нужны прямо-таки огромные запасы. Впоследствии будет налажено его производство, но нельзя ставить себя в зависимость от наличия этого стратегически важного продукта.

Закупать его слишком дорого, так что Волков решил попросту прихватизировать порох все у тех же гульдов.

Нанести последний визит вежливости, так сказать, и плевать на все запреты. Но на этот раз он будет действовать аккуратно, исподволь, никоим образом не засвечиваясь. Ему нужен только порох. Со всем остальным можно разобраться и честным путем.

Удивительное дело, при мысли о еще недавно столь ненавидимом племени он вдруг обнаружил, что его больше не душит всепожирающая, холодная и расчетливая ярость. Нет, он не возлюбил их, но это уже было не то.