Феникс

Слышны только стоны, подвывания, скрип рангоута, плеск воды. Пороховой дым быстро рассеивается, чему способствует ветер, относящий его в сторону. В пределах видимости ни одного разбойника, только тела павших да раненые, ох и покрошили! Те, кто цел, попрятались.

«Баклан» немного вырвался вперед, все же уравнять скорость двум кораблям не так-то просто. Но нужно отдать должное капитану пиратского корабля, свое дело он знает туго. Вот так грамотно, с ходу подвести корабль, чтобы забросить абордажные крючья, — это надо талант иметь.

Впрочем, Звану это ни о чем не говорит. Кораблям разбежаться не дают абордажные крючья с закрепленными к борту «пирата» концами, заброшенные на борт «Шустрого». Их просто не успели притянуть друг к другу, но этот процесс уже запущен. Вырываясь вперед, «Баклан» натянул веревки, и отстающий «Шустрый» постепенно подтягивался к борту противника. Если не перерубить веревки, то совсем скоро носовая часть «контрабандиста» приблизится вплотную к корме «пирата».

На борту виден небольшой пожар. Ну как пожар — что-то лениво горит, испуская черный дым. Похоже, от сгоревшего пороха что-то загорелось, но никак не хочет разгораться сильнее.

— Перед боем, видать, водой все обдали, чтобы сильного пожара не случилось, — шепотом произносит оказавшийся рядом кормчий. Зван только скосил на него взгляд: что ж, тому виднее, он в море словно у себя дома. — А неслабо побили аспидов. Что дальше? Пойдем на абордаж?

— Некогда, да и людей потерять можем изрядно, а у нас еще дело есть.

Паруса бы ему попортить, чтобы за нами не увязался, а то оставшиеся станут садить из пушек, мало не покажется.

Решение нужно принимать как можно быстрее. Еще немного — и «Шустрого» отнесет к корме «Баклана» настолько, что они перестанут контролировать палубу «пирата», а тогда снова поднимут голову выжившие. До этого момента на стороне обороняющихся было преимущество за счет неожиданных сюрпризов, но сейчас все могло измениться. У пиратов тоже есть гранаты, не такие эффективные, как у ватажников, но тоже малоприятные.

Мест для укрытия на палубе «щуки» поменьше будет, чем на шлюпе. А если дойдет до абордажа…

Пираты привыкли биться на качающейся тесной палубе, в рукопашных схватках опыта у них побольше, чем у обороняющихся. Как только сойдутся грудь в грудь, может выйти все что угодно, потому как люди Добролюба лишатся главного преимущества — возможности использовать свою меткость в стрельбе.