Феникс

Несколько размашистых шагов — и он уже у перил ограждения, ножи в руках. Привлеченные подозрительным шумом матросы оборачиваются, но поздно, клинки уже в воздухе. Мгновение — и пираты валятся на палубу, хрипя и царапая стальные жала, глубоко засевшие в их телах.

Карабин, словно живое существо, прыгает из-за спины в руки. Сухой щелчок курка, глаза уже выискивают членов команды Клыка. Они — цель номер один, потому как только они способны поразить его на расстоянии. Их должно быть еще двое. Есть. Вон они, на баке, один уже в прицеле.

Слышатся тревожные крики матросов, распределившихся по вантам и реям. Выстрел! Первый готов. Он даже не понял сути тревожных выкриков. Второй все прекрасно осознал, но срабатывает стереотип мышления, действует он именно так, как здесь и принято: вскидывает мушкет, чтобы поразить стрелка, которого отлично видит. Глупо. Нужно было сразу искать укрытие. Двойной щелчок поставленного на место кресала и взводимого курка одновременно с проворотом барабана. Выстрел! Матроса отбрасывает на спину.

Рядом с ногой в доски палубы входит знатный тесак. Кто-то решил распрощаться с единственным своим оружием, чтобы поразить стрелка. То ли недостало мастерства, то ли исполнить это с качающейся мачты куда сложнее, но его постигла неудача. Вон еще один замахивается ножом. Выстрел! Матрос срывается вниз и, задев несколько канатов оснастки, с глухим стуком падает на палубу.

Виктор стреляет настолько быстро, насколько это вообще возможно, стараясь все время быть в движении, потому как могут появиться еще желающие достать его на расстоянии.

Но таких больше нет. Он делает еще три выстрела, и каждый из них — в цель. Проходит всего секунд десять, но на палубе уже не меньше шести человек, которые соскользнули с рей при помощи свисающих канатов, сдирая в кровь ладони.

Карабин в сторону, мгновение — и в его руках кольты. Сдвоенный выстрел — и двое из бегущих в его направлении с ножами, изготовленными к схватке, опрокидываются на спину.

Может показаться, что в этом ничего сложного, расстояние — не больше десяти метров, но это только видимость. Стрельба с двух рук — дело непростое, требующее длительных тренировок, которые он сейчас поминает добрым словом. Выверенное движение вдоль бедер, оружие снова готово к бою. Руки разведены в стороны, и, когда по обоим трапам на шканцы почти одновременно взбегают еще двое, звучат выстрелы с минимальным разрывом, и оба в цель.