Феромон

«Ну что же, дорогой, - резко сажусь я в кровати. - Отличный день, чтобы получить выплаты по счетам. Вот сегодня, скотина ты подлая, я с тобой и поквитаюсь».

Надев платье, которое ему особенно нравилось, убрав волосы в низкий узел, на тонких шпильках, с ядовито-апельсиновой помадой на губах, за которую он прозвал меня Карамелькой, - вид, от которого он всегда был без ума, - я отправляюсь кастрировать его тупыми ножницами.

Но, распахнув свою входную дверь, натыкаюсь на упакованную в пакет газету и мокнущий под дождём букет.

Он лежит на крыльце, покрытый крупными каплями. И потёкшие буквы в промокшей записке заставляют меня не кинуть его, не задумываясь, в мусор, а занести в дом.

«С добрым утром!» - написано от руки. И ни слова больше. Ни подписи, ни обращения. Но мне ли не знать этот скверный почерк.

- Что ты делаешь, Хант? - вздыхаю я над поставленными в воду цветами. И то, что вечером показалось мне фальшивым, сейчас рвёт на части душу своей правдивостью.

Это не извинение, не игра, не притворство.

Это забота, и его отчаянная попытка показать мне, что я ему важна. И вопрос, над которым я не хочу думать, снова долбится, как непрошенный гость в дверь:

Что я буду со всем этим делать?

«Спасибо, Эйвер! Это было необязательно», - пишу я ему из такси.

«Не хотел, чтобы ты расстраивалась», - откликается он немедленно.

Потом мы оба замолкаем, не зная, что сказать. И хоть очередь отвечать моя, его сообщение прилетает первым: «Я еду к Дэвиду. Присоединишься?»

«У меня дела».

«Тогда удачи! Но мы здесь надолго. Если вдруг надумаешь, это адрес, - прилетает ответ. И после ссылки с GPS-координатами он добавляет: Это важно».

Сухарь! А мог бы написать, что соскучился. Только он явно не привык ухаживать за девушками. Впрочем, мне и не нужны его ухаживания. Просто я не собираюсь упрощать ему задачу по моему приручению. Пусть старается, раз любит сложности."

"«Если получится», - отправляю свой неопределённый ответ.

И ему удаётся меня удивить:

«Я буду ждать».

Оставляю за ним последнее слово.

И невольно закрываю глаза от подступивших буквально к горлу эмоций. Я была так шокирована вчера, что явно пропустила мимо ушей большую часть того важного, что он пытался до меня донести. Но во всём этом сумбуре событий, чувств и мыслей я уже выбрала одну, что позволит мне не пойти ко дну в море его феромонов, гормонов и обаяния. Не даст захлебнуться в волнах его настойчивости. Не разрешит утонуть в шторме собственных противоречий.