Феромон

Но это-то она откуда могла знать? Я тысячу лет его не пил. С того дня, как умерла мама. И до прошлого раза, когда Анна принесла его первый раз.

Мама одна умела его так готовить. Сначала раздавливала в кружке вилкой зефир, а потом он таял, образуя воздушную пенку. Дьявол! Уверен, этот кофе сделан именно так. Я даже прикрываю глаза от удовольствия. И даже на секунду задумываюсь, а не навестить ли мне отца. Мы не разговариваем больше пяти лет. С похорон. И эти клинки, что он выковал своими руками, стоят как напоминание о том, чтобы я никогда не поступил как он.

- Йорн! - сообщает интерком. Но голос Анны, перегородившей дверь Моргану, я слышу громче.

- Пусть проходит, - едва успеваю стереть с лица улыбку, когда, мягко качнув бёдрами, мой секретарь освобождает дорогу именному партнёру.

- Ты подумай, - возмущённо закрывает он дверь. - Она меня! Меня не пустила без разрешения! Это что ещё за... бельгийские вафли, Эйв?

- А ты думал, тебе сойдёт с рук, что ты пытался её использовать? - Белобрысый Йорн застывает посреди кабинета, словно забыл, зачем пришёл.

- Она мой человек. И, будь добр, впредь спрашивать, если тебе что-то понадобится от моего помощника.

Я понятия не имею, о чём говорю, но прекрасно знаю замашки Моргана. И, судя по тому, как Йорн топчется и втягивает голову в плечи, попадаю точно в цель - он её чем-то обидел.

- У нас проблемы с «Визерикусом».

Едва успеваю накрыть рукой интерком и смерить Моргана ненавидящим взглядом.

- Анна, мне, пожалуйста, ещё одну копию завещания Солла, устав его компании и всё, что там к нему прилагается.

- Хорошо, мистер Хант, - нарочито громко произносит она в переговорное устройство, чеканя слова, как монеты. Они могли бы со звоном падать в пустую башку Моргана, чтобы тот научился думать, прежде чем сообщать плохие новости, когда не следует.

Смотрю, как она уходит. Это явно становится привычкой. Дурной. Но не могу оторвать взгляд. Сегодня она в красном. Наверняка это какой-нибудь карминовый или коралловый, или названный в честь нетускнеющих полотен Тициана.

Йорн в этом разбирается, не я. Я же мысленно вижу это платье где-то на полу, рядом с тем бесформенным свитером. Там бы ему самое место. И только вдоволь насладившись этой картиной, разрешаю говорить Йорну.

- Ты хотел сказать: у тебя проблемы?

- Нет, Эйв, у нас, - протягивает он документы.

- Что за хрень?! Коллективный иск? - вчитываюсь в строки. - Но «Визерикус» не занимается лекарственными препаратами, только субстанциями.