Феромон

Это было подло - поднимать Анну на руки, неправильно - прижимать к себе. В отчаянной надежде я пытался использовать своё неоспоримое преимущество. Но по иронии судьбы именно тогда, когда я так мучительно нуждаюсь в своём даре, феромон перестал работать. А единственная девушка, к которой я почувствовал что-то стоящее, оказалась к нему равнодушна. К нему, ко мне.

Окатила презрением и кинулась защищать своего Томми.

Как Ромео, истекающий кровью, из последних сил тянусь к телефону как к флакончику с ядом - прекратить свои мучения.

- Дэйв, скажи, а есть какие-нибудь другие теории насчёт того, почему снизился уровень феромона? Кроме этой совершенно бредовой про формулу любви?

- И тебе доброе утро, Эйви, - хмыкает Дэвид. - Как прошло венчание?

33. Эйвер

- Понятия не имею. Я на него не пошёл.

Осязаемое молчание друга становится мне красноречивым ответом. Очередной раз за сегодняшний день чувствую себя полным ничтожеством, а свой эгоизм - безразмерным. Его любимая девушка выходит замуж, я обещал её остановить, но внезапно у меня нашлись дела поважней, например, страдать о своей потерянной сексуальности - думаю, в его глазах это сейчас выглядит именно так.

- Дэви, я всё порешал, - переворачиваюсь на спину. И не только окончательно просыпаюсь, но и голос мой приобретает утерянную было твёрдость. - Ричард оказался вовсе не моим братом. Так что ничего ей не грозит. И если она решила сунуть голову в эту петлю - дело вовсе не в гормонах.

И пока рассказываю Дэвиду историю моего отца, осознаю, что ведь мы с самого начала были не правы.

Два дебила. Дело вовсе не в феромоне.

Иви, которая всё и всегда перепроверяет, которая всюду требует гарантий, не могла не знать за кого выходит замуж. Она знала, что Ричард мой брат, знала, как я его ненавижу за то, что всю жизнь меня с ним сравнивали. И это сравнение не всегда было в мою пользу. Иви выбрала Ричарда намеренно. Чтобы сделать мне ещё больней. Глупая дурочка! Ну и кому ты сделала хуже?

А вздохи Дэвида становятся всё печальней по мере того, как я подхожу к концу рассказа.

Только сейчас понимаю, как сильно он надеялся, что я отговорю Ив. И феромон, как любому учёному, казался ему объективной и очень убедительной причиной не совершать эту глупость. А вот всё остальное - все эти тонкие субстанции человеческих взаимоотношений - для Дэвида имеют коэффициент корреляции, стремящийся к нулю.

- Дэйв, смирись, старина. Клянусь я сделал всё, что мог и даже немного больше.

- Да, я заметил, - горько усмехается он.