Фигура легкого эпатажа

И вообще тут было не особенно уютно — из мебели в помещении имелись стол, несколько стульев, допотопный трехстворчатый гардероб с зеркалом и протертый диван, на окне не висело занавесок. Обращали ли вы внимание на то, как изменяют интерьер драпировки? Правильно подобранные шторы могут превратить самое затрапезное помещение во дворец, а мятые пыльные тряпки, свисающие с карнизов, «убьют» шикарные хоромы. В особенности же удручающе, на мой взгляд, смотрятся голые стекла, хуже их только жалюзи и «рулонки». Впрочем, последние вполне приемлемы в офисе, а вот дома от них никакого уюта.

— Валентина Сергеевна, — раздался четкий голос Анны, — вы на месте?

Я в ужасе вскочила с дивана и стала озираться, но уже через секунду с огромным облегчением плюхнулась назад. Лампа, приди в себя! Разве сумеет Анна войти через запертую на щеколду дверь? Очевидно, Антонова находится в соседней комнате, а перегородки тут небось из гипсокартона, о чем превосходно знает Надя, поэтому она и просила меня сидеть тихо-тихо.

— Валентина Сергеевна, — ровным голосом вещала тем временем Анна, как я поняла, по телефону, — я отправила к вам Надежду со списком литературы.

Так вот книга Попова мне целиком не нужна, снимите ксерокс с пятьдесят пятой по шестьдесят восьмую страницу. Ну что ж, подожду, совершенно не тороплюсь. Нет, нет, спокойно обедайте, абсолютно не хотела посягать на ваш законный отдых.

Я приуныла. Значит, через полчаса Надя не придет, в книгохранилище обед — это святое, нигде так не любят спокойно пить чай, как среди стеллажей, забитых томами.

Несчастные библиотекарши, задерганные посетителями, хотят часок побыть в спокойствии. Да еще Анна велела отксерить страницы. Пока вынут том, пока доползут до копировального аппарата, пока поболтают с человеком, который пришел к нему раньше… Ох, сидеть мне тут, кажется, до ночи! Хотя… да, окно не забрано решеткой, элементарно можно вылезть наружу, но я тогда подведу добрую Надюшу — если Анна услышит шум и поймет, что в домике посторонний, лаборантке несдобровать.

Очередной резкий звонок в дверь заставил вздрогнуть.

Неужели библиотекарши решили прервать перерыв и опрометью кинулись выполнять просьбу Анны? Вдруг это уже вернулась нагруженная книгами Надя?

— Проходите, молодой человек, — прозвучал голос Анны. — Представьтесь, пожалуйста.

— Никита я, — раздался мальчишеский басок, — сын Андрея Максимовича. Паспорт показать?

— Сделайте одолжение.

— Никита Андреевич Караулов, улица Вяткина… — прочитала вслух Анна. — Хорошо. Вот коробка.