Фигура легкого эпатажа

Вы же говорили, она бутылку со стола прихватила, вот в нее-то наверняка и добавила яд…

Хлопнула дверь, воцарилась тишина. Я выползла из-за одеял, вылезла из шкафа и кинулась к окну. Надо бежать как можно быстрее! Одна беда — на улице холодно, а мои куртка и сапоги остались в прихожей. Ладно, натяну на себя шерстяную кофту и вылезу в окно…

Быстрее мухи я бросилась к расшвырянным вещам и принялась утепляться: водолазка, сверху майка и кардиган. Вот с ногами беда. Хорошо, на мне уютные тапочки-башмачки из натуральной овчины, а не пластиковые шлепанцы! Хоть в чем-то сегодня повезло!

Сумку брать нельзя, деньги, естественно, тоже следует оставить.

Торопясь к окну, я, поскользнувшись, чуть не упала — под ноги попал пустой пузырек. От раздражения я его пнула, и он абсолютно беззвучно закатился в купюры. Я перевалилась через подоконник, угодила ногами в сугроб и, не замечая пронизывающего холода, понеслась к забору. У меня великолепная память, и я очень хорошо запомнила слова Михаила Петровича:

— Пса следует выводить в лес, тут недалеко калитка есть…

В Москву меня подвез румяный, похожий на свежеиспеченный пирожок водитель «Газели».

— Ты чего так легко оделась? — полез он с разговором.

— Жарко, — коротко ответила я.

— Скажешь тоже! У тебя же зуб на зуб не попадает, — вздохнул шофер.

— Нет! — рявкнула я. — Не бойся, незаразная, абсолютно здоровая!

— А почему в тапках?

— Потому! — гаркнула я снова. — Отстань. Ты заработать хочешь?

— Ага, — радостно признался шофер.

— Ну и отлично! Вот и зарабатывай — вези меня, — кивнула я, страшно довольная тем, что догадалась выхватить из кучи вещей свой мобильный и кошелек.

— Плачу за работу и еду спокойно.

— Мешаю, что ли, тебе? — удивился водитель.

— Слишком много болтаешь.

— Во какая… — протянул мужик, — конкретная…

— Угу, — кивнула я и стала смотреть в окно.

В голову полезли разные мысли. Кто такой обладатель баритона Андрей Львович? Судя по быстроте, с которой он появился, дядька либо находился в доме, либо маячил поблизости. И незнакомец совершенно правильно не разрешил Анне закрыть окно.

Что они еще говорили? Что-то вроде: «Михаила Петровича отравили…»

Ой, мама! Значит, Антонов действительно умер? Это случилось на самом деле?

— Кто скончался? — вдруг спросил водитель.

— Ты только что сказала: «Умер. Это правда».

— Не обращай внимания, — постаралась улыбнуться я, — снимаюсь в сериале, сейчас роль повторяю. Сделай одолжение, не лезь с расспросами.

Шофер заерзал на сиденье, но замолчал.