Фиктивная семья отца

Похоже, именно эта мразь поднимает на нее руку… И она же отбирает деньги и все пропивает. Вознаграждение, говоришь? Мне до боли в мышцах хочется ему втащить, но я сдерживаюсь, на ходу придумав другой, более изощренный план мести.

– Жду вас завтра в своем офисе. Вот адрес, – протягиваю мерзавцу визитку. – В десять утра.

– Приеду, – довольно произносит он.

И почему я так дрожу? Зябко ежусь, словно испуганный, затравленный заяц. Родион пристально на меня смотрит, легонько сжимая пальцами подбородок. И в его черном взгляде нет ненависти или брезгливости… Возмущение, жалость, недоумение – да, но только не ненависть… Что ему от меня нужно? Деньги его отца, вот что… И пришел он за этим.

Родион продолжает сверлить меня взглядом. Держит мое лицо в большой ладони и часто дышит. Разглядывает меня… Вот такую, как есть – избитую, жалкую, с опухшим от слез лицом и разбитой губой. А я ловлю себя на мысли, что от него приятно пахнет… Одеколоном и мятной жвачкой, дождем и свежестью улицы.

Наше молчание затягивается.

Глубоко вздыхаю, возвращая мужчину в реальность.

Он отрывает от меня руку и переводит взгляд на грязный стол. Я не успела все убрать… Он просто пришел в неподходящее время. Увидел мою жизнь без прикрас. И меня увидел – жалкую и уязвимую. Родион отступает на шаг, будто подчеркивая непреодолимую пропасть между нами. Мужчина из высшего общества, богач и красавец, случайно оказавшийся в моем мире… И почему я сейчас его не боюсь? Я вообще после Петра никого не боюсь… Он выбил из меня страх, заменив его равнодушием.

Родион терзает меня расспросами, а я отмахиваюсь от разговора, продолжая собирать со стола мусор. Да, я так живу… Вынуждена убирать чужие объедки, чтобы жить в чистоте. Правда, она сохраняется ненадолго… Завтра все начнется по новой: Петр купит спиртное и приведет в мой дом друзей…

– Я подумаю… – отвечаю, желая, чтобы Богородицкий поскорее покинул мой дом.

Возможно, он прав, а мне стоит подумать над его предложением поделиться наследством. Но сначала я все узнаю о нем. Почему Максим Игоревич не общался с сыновьями? Чем они его так обидели? Анфиска просыпается и начинает кричать.

Подхватываю дочурку на руки, прижимаясь губами в пылающему лбу малышки. Все-таки заболела… Не представляю, где брать деньги на лекарства? Петр забрал у меня все… Я потратила последние деньги на такси до особняка Богородицких… Погруженная в свои мысли, успокаиваю Анфису, не сразу замечая, что Родион ушел… Он тихонько прикрыл дверь, стараясь не потревожить нас.