Фиктивная жена миллиардера (СИ)

Вадим стал ругаться, оскорблять меня. На нас оборачивались люди, официант сделал замечание — за что получил кулаком в челюсть. Я улизнула во время потасовки, не отвечала на звонки. Днем позже Вадим подловил меня после работы в переулке и приставил нож к лицу. Говорил, что лицо порежет, чтобы никто на меня больше не посмотрел. Я в диком испуге пообещала вернуться к нему. — Под ресницами запекли бесконтрольные слезы. Тишина, в ответ на откровения, сковывала меня неловкостью. — Не знаю, почему тебе все это рассказываю.

..

— Потому что я слушаю? — Демид присел рядом на бортик ванны. — Говори. Дальше ты сбежала?

— Нет, я пошла в полицию писать заявление. Менты не захотели его принимать, отмахнулись словами: “У нас и так куча висяков, хватает работы”. Я оказалась в полном отчаянии. Других шансов расстаться нет. Мне было страшно. Что, если он меня в следующий раз из-за какого-то промаха изобьет до полусмерти? Он же хотел, чтобы я ни с кем не общалась кроме тех людей, которых он считает правильными. Чтобы работу сменила, чтобы делала все только так, как он скажет.

Да ему во мне все было не так! Какого черта он не хотел расстаться?

Я себя спрашивала об этом тысячи раз. И ответ Демида, словно ледяной ветер в лицо:

— Потому что ему было в кайф над тобой издеваться. — В его голосе бездна ненависти. И она грела меня. Удивительно, она даже будто исцеляла старые раны. Дальше мне стало говорить легче.

— В общем, раз у ментов было много висяков, я предложила им помочь. Ужас как рисковала. Сказала, могу написать, как видела, что Вадим убил кого -то или избил.

Тем самым закрыть им хоть один висяк. Они согласились. Я написала. Через пару дней Вадима задержали. Я думала, что все позади, вздохнула с облегчением. Но скоро ко мне подошел наш общий знакомый и сказал, что мне не жить. Вадим приказал своим ребятам меня убить. Тогда я поняла, что нужно бежать. Я так надеялась, что он меня никогда не найдет.

Снова меня скрутило от плача. Душераздирающе. Будто внутри очнулся кровожадный монстр и беспощадно терзал все в груди.

Под зажмуренными веками появилось мерзкое лицо бывшего. Леденящая дрожь заколотила тело. И Демид сгреб меня в объятья, вжал в себя, прогоняя своим теплом лихорадочный озноб.

— Все, Бетти, больше он в твоей жизни не появится. Мои люди позаботились об этом.

Я прикусила язык, чтобы не спросить, что они уже с ним сделали. Неважно. Он заслуживал худшего наказания. Чтобы больше никогда не смог никому ломать жизнь, ни над кем не издевался.