Фиктивная жена миллиардера (СИ)

Мои волосы, в которые он зарывался пальцами, чтобы зафиксировать мою голову и углубить поцелуй. волосы тоже для него. Мои мысли только о нем. Мои глаза прикрыты, потому что я упивалась в умопомрачительном ощущении — быть целиком его, без остатка.

До душа два метра, а мы никак не могли их преодолеть. Ведь это значило отвлечься, кому -то нужно включить воду, оторвать руку от желанного тела. Я ни на миг не хотела переставать трогать его, щупать горячие каменные мышцы, чувствовать в них сокрушительную силу, могущество. Его запах как наркотик.

Я жадно вдыхала его, хотела полностью пропитаться им. Чтобы он носился по крови вместе с хмельными волнами.

Только истома внизу живота становилась невыносимой. Между ног жгло, покалывало, требовательно ныло, и напряженный член, что давил в меня своим стальным желанием, лишь заставлял хотеть еще сильнее.

Застежка лифчика легко поддалась ловким мужским пальцам, и через пару секунд я прижималась к мощной груди затвердевшими сосками. Я терлась ими о его бархатистую кожу, и он еще теснее прижимал меня к себе.

Груди налились тяжестью, вся моя кожа мелко вибрировала в эйфории. Я тихо постанывала Демиду в губы, пока он сминал своими крупными руками мои ягодицы, раздвигал их, обжигающе шлепал. Разогревал меня перед бешеной скачкой...

Демид подхватил меня под бедра и наконец сделал шаги к душевой кабине, поставил меня на поддон, врубил теплую воду. Струи обрушились на мои волосы и спину. Я схватила ближайшую баночку с цветочной этикеткой, опрокинула ее — и полупрозрачный гель щедро побежал мне на грудь.

Туда же припечатался потемневший взгляд Демида. Он неотрывно наблюдал, как гель стекает вниз с моих полушарий, и я отложила баночку, принялась поглаживать себя мокрыми ладонями, растирая сладко пахнувшую массу в пену.

Он откинул мои руки и сам накрыл скользкие груди ладонями. Чувственные импульсы разнеслись по телу, я ахнула, дыхание перехватило от пестрых ощущений. Демид потер между пальцами ноющие соски, стиснул их до нежной боли и принялся растирать пену по всему моему телу.

Его властные, ненасытные прикосновения, смягченные скользким гелем, действовали на меня одуряюще. Я поплыла в сладком тумане. Теплые струи ласкали лицо, плечи, смывали с меня остатки пережитого за день. А Демид перекрывал яркими эмоциями жуткие воспоминания — они уже казались так далеко, словно история, рассказанная малознакомым человеком.

Уже не верилось, что столько дней между нами стояла нерушимая стена лжи. Сейчас мы так близко как никогда.