Привык командовать, выигрывать на аукционах, слышать только “да”. Он, наверное, сам не замечает, что не возвращает меня, а принуждает.
В любом случае это мой лимит. Я больше не могу и не желаю выяснять отношения с ним.
О чем тут вообще можно говорить?
Он не знает слова «прости». Даже когда понял, что был страшно не прав, не может выдавить его из себя.
Я так же стремительно покидаю кабинет, как ворвалась в него. Через пару мгновений делаю вывод, что огромный дом может быть тесным. Стены буквально давят на плечи, а воздух как в той подземке с плохим кондиционированием.
Я хочу домой.
Хочу назад в свою жизнь.
Этот замок с тенями из прошлого осточертел.
– Валерия. – Рядом вырастает мощный силуэт Максима, стоит выйти из дома и шагнуть в сторону машины. – Боюсь, я не могу позволить.
– Какого еще черта?!
Я срываюсь на нем. Только сейчас замечаю, что пальцы шалят. Будь ты проклят, Вадим! Я уже пережила историю с Шиловым, мне было больно, сложно, до слез обидно, но я справилась.
Я решила жить дальше.
– У меня приказ. – Максим проводит ладонями по своей черной рубашке, не зная, куда их еще деть. – Ворота все равно не откроют.
– У нас комендантский час? – я усмехаюсь и смотрю на наручные часы. – После семи вечера ни-ни?
– Вы на взводе, – неожиданно произносит он, понижая голос до вибрирующей волны.
– Вам правда не стоит садиться за руль.
Я бросаю на него острый взгляд. От указаний, даже замаскированных в заботливый совет, тошнит. Максим коротко качает головой и приподнимает руки, показывая, что сдается."
