Одно присутствие где-то поблизости бессмертного Святого внушало императору чувство защищенности, хотя резкая потеря культивации и ухудшение самочувствия заставили его больше думать уже не о будущей жизни, а о скорой смерти и том, какую память о себе он оставит в мире.
Кроме многочисленных слуг императора в академию мастера Ду без приглашения явились все сильнейшие мастера Имперской Боевой Академии и не только они. Новость о гибели её главы, старшего, первого, второго, четвертого и пятого наставника потрясла столицу.
Все они входили в сотню сильнейших. А то, что первый номер списка сильнейших, мастер Ху Дзин Тао лишился культивации, а второй Ло Линь Дун был убит чужаком при попытке покушения на жизнь правителя и вовсе подняло в городе настоящую волну паники.
Большие перемены в расстановке сил всегда заканчиваются переделом власти и собственности в столице, а тут еще откуда-то всплыла информация, что глава павильона алхимиков Жу Мун Бай, ещё один сильный боевой мастер из списка ста сильнейших также мертв.
Опять стали распространятся слухи о нападении банды наёмных убийц из Империи Тан. Они постоянно возникали, стоило кому-то из сильных и значимых людей столицы умереть или получить смертельное ранение. Тень враждебных танцев часто использовалась слугами императора для запугивания населения.
Столица бурлила от тревожных новостей, и это понесло в академию мастера Ду, где временно оказался Император Сун, всяких суровых дядек, глав сильнейших и богатейших кланов Империи Сун, обычно сидящих в тени.
Каждый из них прибыл с лучшими охранниками, а это люди из первой сотни сильнейших. Странным образом в одном месте собралось сразу четыре десятка боевых мастеров с пятого по шестидесятое место списка сильнейших во всей Империи Сун.
Явились сюда и не служащие в данный момент никому из влиятельных кланов боевые мастера. Сама новость, что убили несокрушимого и непобедимого Ло Линь Дуна, влекла их в то место, где можно было увидеть сразившего его чужака и расспросить о техниках, которые он применил в бою.
Линь Дун считался непобедимым, так как побеждал и мастеров куда сильнее себя по рангу. Он был легендой, хоть уже и раздутой и овеянной ореолом фантастических выдумок и домыслов.
В мою комнату ворвались уже после полудня, когда глава стражи принцессы потеряла покой от слишком долгого и тихого её пребывания в моей комнате. Она и заглянула тайком в моё окно, застав полностью голую, застывшую в странной позе принцессу, и меня, спокойно спящего рядом на полу.
