Финита ля комедиа

 — Он вернулся за свой стол и уже более мягко спросил:

— Как матушка? Небось ворчит на тебя?

— Ворчит, что ей остается, — улыбнулся Алексеи. — Пытается уговорить, чтобы вернулся в Санкт-Петербург. Но ей это не удастся.

— И что она решила? Поживет пока здесь или вернется в Россию?

— После Пасхи уезжает. Беспокоится, как там дела в имении, но няньку оставляет, чтобы следила за мной и домом. Честно сказать, я бы с удовольствием в ваш флигель вернулся. Не по рангу мне большой дом содержать, да и хлопот с ним не оберешься.

— Сочувствую, — усмехнулся Тартищев, — насколько я понял Лидию Николаевну, служба твоя ей не в радость.

— Но в столицу я не вернусь, — насупился Алексей, — и ей все равно придется смириться с моей службой в полиции.

— Советовать тебе в этом деле не могу. Решай сам, но если надумаешь, рекомендации дам хорошие.

— Я уже сказал. Уезжать пока не собираюсь, — упрямо повторил Алексей.

— Ладно, не загадывай! — махнул рукой Тартищев. — Жизнь по-всякому может повернуться.

Думаешь одно, а она раз — и такой фортель выкинет! Разве я думал, что в Сибири обоснуюсь! — Он мечтательно улыбнулся. — А в Одессу тянет, спасу нет! Неужто, думаю, никогда больше по морю не похожу, не искупаюсь, на Привозе не побываю… — Он опять махнул рукой и покачал головой. — Разве когда на пенсию выйду…

В дверь постучали, и на пороге возник дежурный агент Гвоздев.

— Ваше высокоблагородие! — взял он под козырек. — Разрешите доложить. Чрезвычайное происшествие в гостинице «Эдем».

Только что сообщили. Хозяин господин Стаканов прислали коридорного… Сынок директора театра Зараева до горячки напился, в номере закрылся и из револьвера в дверь палит… Оне даже папашу вызвали, чтобы сынка уговорил. Хотели по-тихому конфликт замять, но ничего не получается. Одного из коридорных сынок уже в ногу ранил. Говорят, пуля срикошетила…

— Еще не легче! — вскочил на ноги Тартищев и спросил Гвоздева:

— Он в номере один или с девкой закрылся?

— Посыльный про девку не поминал.

Кажется, один…

— Алексей, захвати Олябьева и оба срочно в «Эдем»!

Разберитесь, что к чему, после мне доложите. Постарайтесь действовать аккуратно. Сам Стаканов — господин крайне вонючий и склочный, хотя и многим полиции обязан! Но все ж, не дай бог, штору оборвете или дверь выломаете, греха не оберешься!

Гостиница «Эдем» располагалась на перекрестке двух оживленных улиц Почтамтской и Афонтовской.