Финита ля комедиа

Деньги и руки жулика отливали странным холодноватым светом с зеленым оттенком.

Иван прошел за стол.

— Вытягивай ручонки! — приказал он Гиревичу. — Наручники шибко по ним заскучали!

Но мошенник, вместо того чтобы протянуть руки, рванулся в сторону и, ухватив со стола массивное пресс-папье, изо всех сил ударил Ивана по голове. Вавилов мешком повалился к его ногам. А Гиревич молниеносно выхватил из кармана «наган» и приставил его к темени сыщика.

— Не подходите, суки! — заорал он истошным голосом, заметив, что полицейские навели на него револьверы.

Не отводя «наган» от головы Ивана, он ухватил его за шиворот и оттащил к дубовому сейфу. Теперь преступник находился под защитой его толстых стенок и заговорил более спокойно:

— Если через четверть часа не отпустите меня, пристрелю вашего легаша и дом взорву. У меня в кармане бомба. — И он похлопал себя по боковому карману, который действительно оттопыривал какой-то предмет.

— Ну, попали, как кур в ощип! — пробормотал сквозь зубы Корнеев.

— Погоди, не нервничай! Нам надо начальству доложить! Сам понимаешь, такие вопросы мы не вправе решать!

— Хорошо, — неожиданно легко согласился мошенник, — я подожду! Но при условии, что вы покинете комнату! И еще, — он посмотрел на настенные часы, стрелки которых уже перемахнули шестнадцать часов, — пусть сам Тартищев приедет! Я его знаю! Он слов даром на ветер не бросает!

— Мы уйдем, — пообещал Корнеев, — но отдай нам Ивана.

— Не бойся, легаш! — усмехнулся Гиревич. — На каторгу из-за вашего «сусла» идти не собираюсь. Сам найду чем перевязать, а вы валите отсюда, да поживее, пока я не передумал.

Полицейские покинули «кабинет», а злоумышленник мгновенно запер за ними дверь на ключ.

— Ну, все, теперь точно клизмы с гвоздями не миновать! — произнес скорбно Корнеев, опускаясь на стул.

Разгневанный Тартищев появился в «приемной» через полчаса в сопровождении посланного за ним агента и врача Олябьева.

Сам Василий Гиревич, который заперся сейчас в кабинете, был знаменит всего лишь рядом мелких мошенничеств, старший его брат — Андрей — отбывал десять лет каторги за убийство в пьяной драке, а средний — Анатолий, опытный «медвежатник» — погиб осенью, когда уходил от полиции ночью по мокрым крышам.