Онлайн-библиотека книг
На танцполе Глеб привлекает меня к себе, я обнимаю его за шею, а голову кладу ему на грудь. Прикрываю глаза, и какое-то время мы молча танцуем. Он ведет меня нежно и настойчиво. Потом я поднимаю голову и спрашиваю, глядя в его холодные глаза:
– Детка, танцуй как в последний раз, твой последний раз со мной?
Он отрицательно качает головой и говорит другую строчку:
– Ты самая-самая из всех, что есть здесь.
И тут он наконец наклоняется и целует меня. Его губы сначала касаются моих нежно и осторожно, но моя пугливая глупая душа уже готова разорваться в клочья.
– Глеб, я… – выдыхаю ему в губы, пытаясь собрать мысли по закоулкам головы.
– Тише.
– Я просто хочу сказать.
– А я сказал, замолчи, – и он крепко запечатывает мой рот.
Мне хочется онеметь на всю оставшуюся жизнь. Но как тогда он узнает, что все признания в учебнике были ошибкой, а моя настоящая любовь – это он?
Но мы целуемся, и я ничего не говорю, а только надеюсь, что он и так все чувствует. Вот я. Бери и не разбей. Пожалуйста.
Когда разрезают торт, Глеб идет к отцу и о чем-то коротко с ним говорит.
– Мы уезжаем.
Я растерянно оглядываюсь на него:
– Сейчас?
– Да.
Я прощаюсь с отцом Глеба, порывисто обнимаю Яну. Оглядываюсь в поисках самого Глеба, и вижу, что он говорит с сестрой. Алина чем-то явно недовольна. Симпатичное личико кривится, она трясет блестящими волосами и кричит «это нечестно!» и убегает в сторону туалетов. Звучит не очень, но мне очень жаль эту девочку.
Глеб подходит ко мне и берет за руку, уводя за собой на парковку.
Пока мы идем, любуюсь его профилем. Длинные ресницы отбрасывают тени на щеки. Пухлые губы сосредоточенно поджаты.
Ночь пахнет весной, которая обещает новую жизнь.
