И тогда я вновь почувствовал, как от меня к окружающим предметам тянутся невидимые нити, и я нахожусь среди них, в центре их переплетения, словно пошевелись я, и это движение отзовется где-нибудь в непостижимой дали падением камня или всплеском морской волны, а дуновение ветра или крик испуганной невесть кем птицы способны изменить мое состояние, заставить сердце биться сильнее или, наоборот, замереть, заставить неожиданно загрустить или обрадоваться… Я понял, что именно это состояние и называется мудростью, именно этому учил меня когда-то Первый Маг.
Я сразу понял, что надо делать.
Я достал из походного мешка свои кисти и обмакнул их в яркие краски дня. Я широко взмахнул рукой и нарисовал прямо перед собой ограду. Темная муть ткнулась в нее, уперлась и сразу же откатилась назад. Сквозь эту ограду легко пролетали ветры и птицы, пробегали зайцы и ящерицы — едва заметная для глаз, она была непреодолима только для темной мути. Потому что в эту ограду влилась горячая сила солнечного света, упругость лесных растений, покойная энергия морских волн.
Темная муть метнулась снова, ударила и опять вернулась ни с чем… Так билась она весь день, и с каждым ударом силы ее слабели. Темные силуэты в ее глубине выли и корчились, и с каждым ударом вой их становился все тише, а движения все медленней. Когда же солнце приблизилось к горизонту, в глубине темной мути прозвучал знакомый голос. Только не было в нем прежней силы и глубины.
— Ты смог задержать меня… Но лишь до того мига, когда последний солнечный луч скроется за горизонтом.
Тогда яркие краски дня поблекнут и превратятся в тлен. Вместе с ними рухнет и твоя ограда… Х-ха…
Рассмеяться зловеще, как прежде, у него не получилось — вышло вяло и нерешительно.
Но я все же несколько испугался. Я сам не очень-то верил в то, что сумел остановить темную муть. Произошедшее казалось мне счастливой случайностью. Но перстень, носящий имя Сердце Мира, успокоил меня своей вибрацией. Я вновь почувствовал свою связь со всем, что было вокруг меня, и это ощущение вселило в меня покой.
"
"Когда же последний луч солнца скрылся за горизонтом, яркие краски дня померкли и моя ограда рухнула, я достал из дорожного мешка свою флейту. Я поймал тональность лунного света и сыграл ей в унисон. Звуки, выдуваемые из флейты, сплетались вместе, цеплялись один за другой, последующий за предыдущий… Закончив пьесу, я оторвал флейту от губ и увидел перед собою прозрачную сеть. Она была сплетена из лунных звуков.
