Отсюда и начинался вход в тоннель, соединявший данное место с Обителью мечей. Врата, как выражался протоиерей церкви Второго Пришествия. Сердце забилось сильней. Тайна тоннеля, пронизывающего толщу земных пород, — если верить словам капитана Коряцкого, — до сих пор волновала воображение путешественника. Дмитрию очень хотелось еще раз побывать в Обители мечей, но не с таким сопровождением.
— Здесь.
Евхаристий кинул взгляд на молодого спутника-монаха:
— Открывайте.
Дмитрий оглянулся на особняк, окна которого выходили и во двор.
Евхаристий понял его мысль, усмехнулся:
— Нас сейчас никто не видит, Дмитрий Олегович. Здание принадлежит Военно-историческому музею, в нем располагается военный архив, но ни один работник архива в данный момент не смотрит в окно. Все здание закрыто особым полем…
— Отвод глаз, — пробормотал Дмитрий.
— Именно.
Монах с тонкими усиками подошел к железной двери строения, повозился с висячим замком, оглаживая его посохом. Замок крякнул, как живой человек. Монах отскочил. В то же мгновение — Дмитрий не поверил глазам — строение превратилось в гладкий купол из темно-зеленого бутылочного стекла!
Молодцы в кожаных куртках попятились, оглядываясь на своего предводителя.
Евхаристий раздул ноздри, разглядывая купол бешеными глазами.
— Господь-Вседержитель Креста Святого! Не обманул-таки нюх! Это Врата!
Молодой монах, колдовавший с замком строения, поднял посох. С острия палки слетела длинная искра, вонзилась в купол. Он задрожал, как мыльный пузырь, пошел перламутровыми пятнами, лопнул, и на его месте снова образовалось знакомое приземистое строение из бетонных блоков.
Только металлическая дверь в строение на этот раз оказалась уже открытой.
— Отпусти нас, — произнес Дмитрий. — Дальше вы дойдете сами.
Евхаристий оскалился, махнул рукой кожаным мальчикам.
— Держите его на прицеле. Дернется — стреляйте. А вы, Дмитрий Олегович, имейте терпение, всему свое время.
Двое кожаных и молодой монах скользнули внутрь строения. За ними вошел Евхаристий. Через минуту выглянул.
— Ведите их."
"Дмитрия и Катю втолкнули в бетонное с виду помещение, освещенное тусклой лампочкой в сетчатом колпаке. Еще одна металлическая, в заклепках, дверь вела, как уже знал Дмитрий, в необычный лифт, стенки которого представляли собой ковры из металлических иголок.
— Куда ведет эта дверь? — посмотрел на него правнук воина Чернаги.
— В лифт, — ответил Дмитрий, сдерживаясь. — Дальше мы не пойдем, доберетесь сами.
— Еще как пойдете, Дмитрий Олегович.
