«Сам ничего не предпринимай», — вспомнились слова учителя.
«Я и не собираюсь, — мысленно ответил он ему, — только осторожненько посмотрю, поспрашиваю, не появлялся ли здесь Дима».
Олег оставил машину на улице, подошел к решетчатым воротам, перекрывающим проезд на территорию особняка, и увидел две бело-синие милицейские машины: фургон «Газель» и «Форд Мондео».
В сердце снова зашевелилась тревога, интуиция шепнула: это не зря… Однако он сделал уверенный вид, толкнул незапертую калитку возле ворот, зашагал к особняку по асфальтовой дорожке.
Но был тут же остановлен сотрудником милиции и мужчиной в синей форме охранника, вывернувшимися из-за шеренги кустарника:
— Эй, остановитесь! Вы куда?
— В архив, разумеется, — ответил Северцев, разглядев бронзовую табличку у главного входа в здание.
— Архив временно не работает.
— Почему? — Олег увидел, как открылись двери и двое стражей порядка вывели под руки с трудом передвигавшегося мужчину в синей форме, усадили в фургон.
— Что случилось?
— Это вас не касается, — сказал молодой милиционер, оглянувшись на фургон. — Документы есть?
— Конечно. — Северцев достал журналистское удостоверение, с которым не расставался. — Может быть, пропустите? Мне срочно надо получить кое-какой материал для статьи в журнал.
— Приходите завтра. — Милиционер вернул удостоверение, повернулся к Олегу спиной.
Его пожилой хмурый спутник тяжело посмотрел на Северцева, и тот понял, что пройти на территорию учреждения не удастся.
Гадая, что здесь произошло, он вышел на улицу, сел в машину и позвонил Сундакову:
— Я нашел это место.
— Отлично, я подъеду не раньше половины шестого. К сожалению, капитан Коряцкий, как мне сказали, находится в отпуске, так что этот вариант отпадает. Попробую тут еще кое-что выяснить и подъеду.
— Здесь хозяйничает милиция, никого на территорию архива не пускает.
Сундаков помолчал.
— Странно…
— И я о том же. Уж не связано ли это с нашим делом?
— Как?
— Ну, не знаю… думать надо.
— Странно, — повторил Виталий. — Ладно, разберемся, жди.
Олег посмотрел на часы — ждать еще надо было час с минутами — и решил съездить домой, взять кое-какую экипировку, необходимую для лазания по шахтам и тоннелям. На всякий случай.
ДОБРОЛифт со стенками из иголок вмещал всего семь человек, поэтому Евхаристий взял с собой только одного монаха и четверых молодчиков в коже.
