В благодарность бородатый фаластымец заставил «олбрийского витязя» запомнить, как смешивать горную кровь, смолу, серу и селитру. Он посмеялся, но все же привез с собой «горной крови» — черной, пахучей, маслянистой… Мало привез, но здесь много и не понадобится.
— Милорд, — барон Бин был бледен, но держался, — голова поравнялась с вешками.
Джеральд махнул рукой.
— Давай!
Катапульты жутко заскрипели, подбрасывая в белесое небо камни.
Гномы родились и выросли среди камней, они знали камни, чувствовали их, даже молились им, но на сей раз камни стали союзниками людей.
Здоровенные булыжники с грохотом обрушились на ползущий шарт. Они все рассчитали верно, они молодцы.
— Шары!
Только б он ничего не напутал, только б ничего не напутал фаластымец!
Глиняные шары устремились вслед за камнями и обрушились на недомерков. Они разбивались, взрываясь жидким зеленым пламенем, каждая капля которого прожигала тело насквозь. Старик из Зенкара не солгал.
— Фаластымский огонь! — выдохнул барон Бин. — Фаластымский огонь!
Да, именно он, тайное и страшное оружие южан, все еще сдерживающее господних воинов на подходе к Святым землям.
Ну, недомерки, что будете делать? Если у вас в голове есть хоть что-то, броситесь вперед, чтобы смести людей и захватить страшные машины. И это у вас получится…
— Барон, они сейчас пойдут. Мне пора. — Джеральд наклонился к уху барона и шепнул: — Берегите Деву.
— Милорд, не сомневайтесь.
Джеральд уже не слушал — на Бина можно положиться. Золотой Герцог склонился в поклоне перед Джейн:
— Моя леди, пожелайте нам удачи!
Она наверняка что-то ответила, но нельзя перед боем думать о голубых глазах.
Джеральд вскочил на Уайтсоррея, успев заметить, что недомерки таки побежали к расстрелявшим свое катапультам. И прекрасно, значит, крестьяне не зря рыли волчьи ямы.
Лэннион уже был в седле, они махнули друг другу руками и тронули коней. Зачем слова? Все уже говорено-обговорено. Двумя клиньями из-за пешего ополчения с флангов, обходя ловушки, по смешавшейся толпе! Это уже не танец, не обман, это настоящий бой, который должен стать последним.
Бросок вышел стремительным и коротким. Обожженные и оглушенные гномы первых рядов пытались развернуться и отступить от волчьих ям, но не давали прущие сзади. «Ястребы» весом коней проломили строй, взметнулась секира Дэвида, отправив в Преисподнюю гнома с золотой штукой на палке. Толпа смешалась, кто-то бросился вперед, в ямы, большинство подалось назад, мешая своим же.
