"
"— А что стало с милордом Джеральдом? — Вирджи больше всего волновала судьба Золотого Герцога.
— Моя леди, — улыбнулся учитель, — вы же видели в галерее картину. Его Величество Джеральд Первый на Айнсвикском поле.
— Так это он? — надула губки девочка. — Фи… Он там старый.
Учитель едва сдержал улыбку. Детству ближе рыцари с мечами, а не поседевшие от забот короли, но детство не вечно.
— Он долго жил и мудро правил, — резко произнес Айзик Кламси. — Джеральд де Райнор восстановил то, что было разрушено, и построил много нового.
Его любили при жизни и оплакивали после кончины.
— А корона? — Глаза достопочтенного Родерика горели. — Расскажите ей про корону, она еще не слышала!
— Корону Эдмунда Доаделлина нашли после бегства Дангельта. Она и впрямь хранилась в закрытом ларце, но на ней не было ни листьев, ни цветов — только серебряные ветки с шипами. Серебряный боярышник осыпался, коснувшись узурпатора. Теперь эта корона хранится в аббатстве Святого Эдмунда, что король Джеральд Второй воздвиг на Айнсвикском поле.
Корона, которой Эдмунд Доаделлин короновал Джеральда де Райнора в Грэмтирском лесу, цела и находится в Тронном Зале королевского дворца.
— И все равно, зачем Джеральд женился? — вздохнула Вирджи.
— Короли должны жениться, чтобы иметь детей, — наставительно произнес Рори.
— Подданные нашли своему государю добрую королеву, — подавил улыбку мистер Кламси, — и государь принял ее, но вся Олбария знала, что Джеральд де Райнор женился лишь из чувства долга, а сердце его похоронено в Грэмтирском лесу.
«Золотой Джеральд умер вместе с Джейн, но родился великий государь», — так записал Джориан, и никто не скажет лучше.
Через год после смерти Девы Святейший Папа прислал буллу, дозволяющую венчать спасителя Олбарии на царство. Церемонию собирались провести в соборе Святого Квентина, но Джеральд сказал, что он наденет корону в Грэмтире в годовщину гибели Эдмунда Доаделлина или же обойдется без церковного благословения.
Папский нунций кардинал Валентино Паголо был весьма недоволен, но Олбария встала на сторону своего кумира, и папский посланник уступил.
В день коронации боярышник на могиле Джейн и Эдмунда расцвел, нунций счел это знаком свыше и донес сие до Святого Престола. Папа внял голосу высшей воли и причислил Деву Джейн и Эдмунда из рода Доаделлинов к лику святых.
