Наконец Профессору, репетировавшему свою речь перед Всемирным Магическим Советом, пришло в голову прибавить к названию микроскопических существ частичку «нано» — он где-то слыхал, что так обозначают что-то очень маленькое. Получились «наноорки», сократившиеся позднее до «нанорков». Так их и с тех пор и стали называть.
Через полгода первые кандидаты в нанорки уменьшились в росте на два вершка и весили не больше двадцати фунтов каждый. При этом они оставались вполне жизнеспособными, хотя их бойцовские качества улучшились не сильно.
Разве что на стрельбах в них реже попадали арбалетные стрелы, но это объяснялось просто — в маленькую мишень и попасть труднее. Тем не менее прошедших строгий отбор нанорков нарядили в сшитые по спецзаказу камзольчики, отвели во дворец и продемонстрировали королю. Его Величество осталось довольно, тем более что в строго охраняемой зоне дворца никаких боевых упражнений наноркам проводить не разрешили.
Все шло просто великолепно до тех самых пор, пока коварная судьба не нанесла Профессору удар в спину.
Конечно, он и сам был отчасти виноват. Не в его возрасте, не с его положением заглядываться на соблазнительные ножки юных практиканток. Но на дворе звенел месяц май, а каблучки юной практикантки так призывно цокали по гулким коридорам Магической Академии… Короче говоря, Профессор влюбился, как мальчик, а влюбившись, увез обладательницу соблазнительных ножек на Теплое море, к подножию Снежных гор, в те сказочные края, где ударными темпами достраивалась летняя резиденция Его Величества.
Время для Профессора остановилось.
К руководству проектом он вернулся только через две недели. И сразу же обнаружил, что произошло непоправимое.
Ученик, старательно корпевший в подземном убежище над технологией производства нанорков, умер от жажды. Вода у него кончилась в первые три дня после отъезда Профессора на море, а магические напитки он создавать не умел — не на том специализировался.
Еды у него, впрочем, тоже не было. Сначала он пытался жевать кожаные переплеты магических книг, а потом — видимо, в приступе бессильной ярости — изорвал свои последние записи в мельчайшие клочки. Профессор попробовал сложить их один к одному, потом плюнул и махнул рукой.
Операция «Ответ» лишилась своего тайного мозгового центра.
До начала фазы «Полевые испытания» оставалось четыре месяца.
4— И где же ваши малипуськи? — брюзгливо спросил Король.
