– Еще раз назовешь Георгиевичем, заброшу на плечо и отнесу в машину. Проверим?
– Не надо. Максим, – зашипела она, стараясь высвободиться, – на нас смотрят. Что ты представление устраиваешь?
Максим обернулся, присутствующие в зале старательно прятали глаза.
– Выйдите все из зала, – ну хоть тон не приказной, а просительный, – дайте поговорить.
Крупье потянулись к бару, служба безопасности и Алексей отправились на диван в холл. Динка почувствовала на шее горячее дыхание и снова попыталась оторвать руку от своей талии.
Но тут по бедру скользнула вторая рука. Она оказалась полностью прижата к Домину, и чем больше вырывалась, тем больше темнел устремленный на нее взгляд.
– Я попросил бы тебя не ерзать, – хрипловато сказал Максим, – я реагирую соответственно.
– Макс, я тебя прошу, ну пожалуйста, – она чуть не плакала, – мне здесь еще работать.
– Дина, – дыхание замедлилось и хрипотцы в голосе поубавилось, – тебе не кажется странным делать вид, будто между нами ничего не было? Детский сад, честное слово.
Я жалею только о том, что наговорил, а не о том, что сделал. Предлагаю сейчас поехать ко мне, так сказать, закрепить результат.
Динка покрылась густым румянцем и даже рот открыла, глядя на него в таком изумлении, что тот разжал пальцы и выпустил ее из кольца рук."
"– В чем дело, Дина, почему ты смотришь на меня, как на фокусника?
– Макс, как бы тебе сказать… В общем, понимаешь, я не совсем помню… Эти препараты, что ты мне уколол…
– Дина, там не было ничего особенного, я даже дозу брал минимальную.
Только не говори, что была без сознания и ничего не помнишь.
Динка почти виновато посмотрела на Домина и кивнула. Тот прислонился плечом к стене, перегораживая Динке выход и, сверля ее глазами, сказал довольно жестко:
– Послушай, хватит делать из меня идиота. Я пока еще могу отличить, в каком состоянии подо мной женщина.
Динка снова залилась краской, сколько это будет продолжаться, он что, издевается? Три недели, она знает этого мужчину всего три недели, и они уже ведут такие разговоры…
– Как хочешь, – она вздохнула, – можешь мне не верить.
Но воспоминания у меня о нашем…
– Близком знакомстве, – услужливо подсказал Домин, Динка снова вспыхнула.
– Пусть будет близком знакомстве. Так вот, воспоминания у меня смазанные и нечеткие. Я словно в стороне была, можешь верить, можешь нет. Я пришла в себя, когда прострелило ребро, наверное, ты неудачно меня прижал.
– Я слишком сильно навалился на тебя, – не очень вежливо заметил Домин.
